Поворот винта полностью

– Ничего, ровным счетом ничего! Она все равно вас проведет, заморочит вам голову, эта маленькая плутовка. Они – я говорю о парочке их друзей – постарались довести до совершенства то, что заложено в наших детях природой, теперь по уму им просто нет равных. Неудивительно, ведь мерзавцам попался на редкость благодатный материал! Теперь у Флоры есть повод считать себя оскорбленной, и уж она до конца использует такую возможность.

– Конечно, мисс. Но до какого конца?

– Наговорит на меня своему дяде. Выставит меня перед ним подлой мерзавкой!

Я с удивлением увидела, что на лице миссис Гроуз выразилось замешательство, как будто она живо представила себе эту сцену между дядей и племянницей.

– А ведь хозяин такого высокого о вас мнения!

– Знаете, мне сейчас пришло на ум, что он избрал довольно странный способ продемонстрировать мне свое уважение! – рассмеялась я. – Но это к делу не относится. Разумеется, Флоре нужно избавиться от меня.

Миссис Гроуз тотчас подтвердила это:

– Только о том и говорит, что не хочет вас больше видеть.

– Стало быть, вы для того и пришли сейчас, чтобы поторопить меня в дорогу? – спросила я. Не успела она ответить, как я продолжила: – У меня есть предложение получше. Меня уже искушала мысль об отъезде, в воскресенье я была страшно близка к тому, чтобы осуществить ее. Но мы поступим иначе. Это вы уедете. И увезете Флору с собой.

Услышав это, миссис Гроуз задумалась.

– Но куда же?..

– Подальше отсюда. Подальше от них. И более того, подальше от меня. Прямиком к ее опекуну.

– Только для того, чтобы пожаловаться на вас?..

– Зачем же, не только! Чтобы оставить меня здесь как лекаря и дать испытать одно средство.

Миссис Гроуз не поняла меня.

– Какое же у вас есть средство?

– Во-первых, ваша преданность. И еще преданность Майлса.

Она пристально посмотрела на меня.

– Вы не боитесь, что он?..

– Изменит мне невзначай? Нет, смею надеяться, он этого не сделает. Во всяком случае, попробовать стоит. Как можно скорее увозите его сестру и оставьте меня с ним.

Я сама не понимала, откуда у меня еще брались душевные силы, но гордилась собой, своей твердостью и хладнокровием и потому немного растерялась, заметив, что, похоже, не убедила миссис Гроуз.

– Разумеется, – продолжала я, – до отъезда Флоры брат и сестра не должны видеться наедине, даже мельком. – И тут я испугалась, что вдруг уже слишком поздно, хотя после возвращения с озера Флору не выпускали из комнаты. – Не хотите ли вы сказать, что они виделись? – взволнованно спросила я.

Миссис Гроуз только вспыхнула в ответ:

– Ах, мисс, не такая уж я дура! Если и выходила куда, то всякий раз при девочке была горничная. Да и сейчас, хоть и оставила ее одну, а дверь заперла на ключ. И все же, мисс! – Ее явно что-то смущало.

– Что «все же»?

– Вы уверены в маленьком джентльмене?

– Ни в ком я не уверена, разве что в вас. Но вчера вечером у меня вновь появилась надежда. По-моему, ему хочется мне открыться. Честное слово, наш бедный маленький прелестный негодник думает покаяться. Вчера вечером у камина он молча просидел со мной два часа, и меня не покидало предчувствие, что он вот-вот заговорит.

Миссис Гроуз угрюмо посмотрела в окно на занимавшийся серый день.

– Ну и заговорил?

– Нет, хотя я и ждала, что это случится в любую минуту, однако мы промолчали, ни слова не сказали ни о болезни его сестры, ни об ее отсутствии, а потом поцеловались, пожелав друг другу спокойной ночи. Как бы то ни было, – продолжала я, – коль скоро Флора отправляется к дяде, то, прежде чем Майлс тоже встретится с ним, нельзя не дать ребенку хоть какой-то шанс, еще немного времени – тем более теперь, когда все так скверно обернулось.

Однако какие-то непонятные мне сомнения все еще смущали миссис Гроуз.

– Что значит немного времени?

– Думаю, дня или двух будет достаточно, чтобы Майлс заговорил. Если он признается, то будет со мною, а как это важно, вам не надо объяснять. Если же мои усилия закончатся ничем, стало быть, я проиграла, и в этом, худшем, случае вы сможете помочь мне, предприняв по приезде в Лондон все, что сочтете возможным. – Мои аргументы были исчерпаны, но миссис Гроуз по-прежнему колебалась и молчала, и я снова пришла ей на помощь: – Если же вы не хотите ехать…

И тут лицо ее наконец прояснилось, и в знак согласия она протянула мне руку.

– Нет, я уеду, уеду. Сегодня же утром.

Но мне не хотелось, чтобы она думала, будто я принуждаю ее.

– Если, по-вашему, надо повременить с отъездом, я все устрою так, что Флора не будет меня видеть.

– Нет-нет. Всему виной это место. Малышка должна уехать отсюда. Ее нужно увезти. – Миссис Гроуз помолчала, хмуро глядя на меня, а потом договорила: – Вы правильно решили, мисс. Да я и сама…

– Что?

– Не могу здесь оставаться.

Она бросила на меня такой взгляд, что я чуть не подскочила от внезапной догадки.

– Неужели после вчерашнего вы видели?..

Она с достоинством покачала головой:

– Нет, я слышала!..

– Слышали?