Повторение пройденного полностью

— Они у вас кровью изрядно налились, товарищ маршал, от сильной усталости такое часто бывает.

— От повышенного давления тоже, — усмехнулся Кулик, и добавил, — и еще есть хворости, что такое помутнение вызывают. Но сейчас война идет, и лечится мне недосуг, воевать нам с тобой надобно. Завтра начнется…

Григорий Иванович уставился на карту, словно ища в ней ответ на мучавшие его вопросы. Расстегнул воротник кителя, но потянув руку к коробке с папиросами, остановил движение:

— Сосед справа у тебя 20-я дивизия НКВД, маршал Ворошилов еще второго числа распорядился ее тебе в армию передать, чтобы Мгу прикрыть, но пока то да се, и выдвижения…

Тут осекся, не говорить же, что когда дивизия была в вагонах, немцы рванулись к Шлиссельбургу, и затянувшуюся переброску отменили. Но сейчас она вовремя выгрузилась, ночью, и сразу была брошена в драку, не дожидаясь сосредоточения — бои под Красным Бором пошли жестокие, встречные, в Смольном осознали, что в эти дни главная угроза исходит с востока, а отнюдь не с запада. Но так и он швырнул в сражение подходившие подразделения 310-й и 286-й дивизий, не дожидаясь сосредоточения. И успел — опередил немцев с их мероприятиями, выиграв сутки. Идет темповая борьба, и кто успеет быстрее перебросить силы, тот упрочит свое положение. Но если немцы лихорадочно тасуют как карты в колоде имеющиеся у них дивизии, то у Красной армии другие проблемы — в наращивании резервов взамен истребленных соединений. Так шесть дивизий потеряны в Лужском «кольце», то, что от них осталось — «ошметки». Но прибыла 54-я армия, к тому же теперь Сталин может подбросить подкрепления на одно дело, очень важное. И в этот момент его оторвали от размышлений, в дверь постучали, и вошел связист, воентехник с «кубарями». Четко доложил:

— Товарищ маршал Советского Союза. Связь с Ленинградом восстановлена, на линии товарищ Жданов и маршал Ворошилов…

Легкий танк Т-26 выпускался в Ленинграде много лет, его производство было хорошо отработано. И даже с началом войны из оставленного задела, который ржавел на задних дворах, и сохранившихся механизмов, изготовили более сотни таких машин, уже снятых с вооружения, причем постарались им усилить бронезащиту путем «экранирования». Нехватка танков осенью 1941 — зимой 1942 годов была настолько велика после понесенных летом катастрофических потерь, что их функции частично выполняли имевшиеся в большом количестве пушечные бронеавтомобили БА-10. Вот только и тех, и других с каждым месяцем в частях оставалось все меньше и меньше — неизбежные потери зримо росли, а производство Т-50 в Ленинграде так и не началось толком, выпуск прекратился после изготовления полусотни машин…

— Сейчас Андрей трудно сказать, где перейдут в наступление немцы. В принципе, им нужно два дня, не больше, чтобы перебросить войска, что окружали нашу Лужскую группировку. Войска генерала Астанина надо было или выводить раньше, когда обозначилась явная угроза на флангах, либо оставить их сражаться в окружении и приковать к себе как можно больше сил. А с подходом 54-й армии нанести сильный деблокирующий удар. Но что сделано, то сделано, ситуацию не изменить, но для выхода моей армии они как раз и дали пару лишних суток, иначе бы фашисты давно бы Мгу взяли и к Ладоге прорвались, не дерись наши под Лугой так упорно.

Кулик говорил демонстративно спокойно, даже с безразличием, видя, как напряглись Жданов и Ворошилов, видимо понимали, что вина как раз на них. Его выдернули из Мги самым беспардонным образом, пришлось ехать вечером с охраной, причем уже через Колпино — раз сухопутный коридор пробили, то почему бы им не воспользоваться, благо железнодорожный мост через Тосно оказался мало поврежденным, и к тому же спешно навели понтонный мост взамен взорванного саперами. И вот началась ночь седьмого сентября — он уже почти двое суток в этом времени находится. И картина событий разительно изменилась, стоило начать принимать решения на основе послезнания — и ведь получилось, вырвал у фортуны шанс.