— Полк товарища Кузнецова действует исключительно из засад, и тут же отходит — у немцев налажено взаимодействие с артиллерией, и что скверно, будут пикирующие бомбардировщики. А попадать под бомбежку не стоит, тут КВ никакая броня не спасет. Ваша бригада, товарищ Орленко в резерве, и предназначена исключительно для контратаки — стоит поберечь легкие танки, у нас их не так много осталось. И «работает» исключительно полковыми группами — обязательно танковый батальон поддерживает мотострелковый. И разведка, товарищи, разведка, всегда знайте, где противник и какими силами. Противотанковые пушки давите минометами — у вас их до хрена, мины не жалейте, танки намного важнее, и так их у обочин множество оставили, когда драп-марш до Ленинграда устроили.
Никто не попытался произнести ни одного слова в оправдание, да и зачем, если маршал говорит правду. И таков Кулик — от его слов постоянно то в жар, то в холод бросает. Но маршала перестали бояться до дрожи, наоборот, уважение к нему только возросло — так спокойно и по-товарищески указать на ошибки, мало кто из генералов мог. А теперь попробуй хоть одну машину оставь на поле боя — «пропесочат», зададут при этом единственный вопрос — «почему имея целую роту для эвакуации подбитой техники, вы бросили на поле боя танк».
— У немцев сейчас правило — «танки с танками не воюют», и они правы. То, что сейчас они имеют, кроме «троек», для драки не подходит. Но нам такие бои выгодны — у них танки с 50 мм пушками только в одной дивизии из трех, что пойдут в наступление. Определенную угрозу представляют «четверки» со своими 75 мм «окурками», но их по десятку на дивизию. Так что нам бой танк против танка выгоден, и не давайте противнику эвакуировать свою подбитую технику. Кто захватит вражеский танк, вполне пригодный для ремонта, медаль, а то и орден таким героям обещать можете сразу. Да и сами не тушуйтесь при любом развитии событий — подождите, пока наши противотанковые пушки им «прополку» устроят, и на себя весь удар примут. Не морщитесь — таковы жестокие реалии войны. Пушки у нас еще есть в достаточном количестве, а вот с танками прямо беда. Так что воюйте по плану, умение у вас на что? И выводы из собственных ошибок сразу делайте, а то любят некоторые вдругорядь на одни и те же «грабли» наступать. Таких командиров вместо танков надо в пехоту отправлять, с трехлинейкой в рученьках, и пусть подумает на досуге…
Небольшая, затерянная среди лесов и болот железнодорожная станция раз за разом накрывалась разрывами тяжелых снарядов. Немцы продолжали сопротивляться, но как-то вяло, по привычке что ли, больше огрызаясь — боеприпасы у врага просто заканчивались. Да и не может одна бригада, составом всего в несколько батальонов, надерганных из разных дивизий, столь долгое время, целых десять дней сражаться практически окруженной, не получая должной поддержки. Но это уже нисколько не удивляло ни самого полковника Грибова, ни бойцов с командирами горно-стрелковой бригады — до последнего времени враг действовал вполне уверенно, с апломбом, нисколько не сомневаясь в собственном превосходстве над советскими частями. Но так было до вчерашнего дня, когда противник впервые дрогнул — оставив в Погостье прикрытие, германский командир предпринял попытку отступления по единственному, казалось тогда вполне безопасному пути, на юго-восток, пройти через заболоченные леса, и через каких-то тридцать километров выйти к частям 11-й дивизии, что сама оказалась выбитой из Киришей. Вот только по приказу Грибова 2-й пограничный полк, после мгинских боев наскоро пополненный, отрезал этот путь к спасительному отступлению — немецкий батальон был рассеян после короткого, но ожесточенного боя, и, бросив транспорт с ранеными солдатами вермахта, вопреки обыкновению, разбежался. Тех с медперсоналом в горячке боя приняли за обороняющихся. Посчитали, что сопротивление не сломлено, и накрыли плотным пулеметным и минометным огнем. А пока не разобрались что к чему, а сделать это было сложно, то не останавливали избиение противника. Так что в плен пока попало всего около сотни солдат в серой мышиной униформе, остальные навечно легли в болотную жижу.
— Майор Ермолаев пусть продолжает долбить из своих минометов — терять бойцов при штурме я не намерен. А так полчаса, час, вряд ли нужно вести дольше артподготовку — зайдем и добьем уцелевших.
