— Там довольно много крови, — сказала она. — Интересно, есть ли там осколки?
— Убери руки! — резко сказал он.
Только с ним могло случиться такое — стекло в заднице вместо медового месяца на Гавайях. Несостоявшаяся невеста пытается снять с него шорты, но по абсолютно другой причине.
— Не будь ребенком, — возразила она.
— Ребенком? — изумился он.
Ему гораздо больше нравилась прежняя Блоссом, та, которая не уставала повторять, что он — само совершенство.
Без предупреждения она сдернула с него шорты. Джо почувствовал, как воздух холодит ягодицы. Он оттолкнул ее руки и снова натянул шорты.
— Дай я посмотрю.
— Нет, — процедил он сквозь стиснутые зубы.
— Я мельком взглянула, рана на твоем заду выглядит плохо, — заметила Блоссом.
Значит, его задница выглядит отвратительно. Это именно то, что хотел услышать каждый мужчина в свой медовый месяц. Только это не его медовый месяц, что ничуть не улучшило ощущения от того, что его задница выглядела плохо.
— Ты должен позволить мне осмотреть рану.
— Нет.
— Для оказания первой помощи, — просительно сказала она.
— Не тебе лечить мой зад, — резко бросил он.
Особенно в первую брачную ночь, когда есть дела поважнее, подумалось ему.
— О, прекрати, — отрезала Блоссом. — Я твой зад сто раз видела. Тебе самому не дотянуться. Или отвезти тебя в больницу?
— Да это просто царапина, — упорствовал Джо.
— Говорю же тебе, там несколько осколков. Как, скажи на милость, ты намерен их вытащить из собственной задницы?
Если бы кто-то этим утром сказал Джо, что ему придется отвечать на подобный вопрос, он рассмеялся бы ему в лицо. И ни за что на свете он не мог предположить, что этот вопрос задаст его бывшая.
Он не любил сюрпризов.
Ему не нравилось, когда что-то выходило из-под его контроля. Неудивительно, что последние две недели были такими невыносимыми! Это была не просто потеря Блоссом, он утратил ощущение предсказуемости мира.
— Я посмотрю, что можно сделать, — мягко предложила Блоссом, — а потом ты сможешь отправиться домой, хотя поездка вряд ли будет приятной.
Поездка домой? Учитывая, что совсем недавно Джо решил, что, вероятно, останется только на ночь, он внезапно почувствовал себя так, словно даже динамитная шашка не заставит его покинуть «Хейл Алану».
— Я никуда не собираюсь, — холодно бросил он, прилагая огромные усилия, чтобы не дотронуться до саднящей раны с целью умерить боль. — Я думаю, что уехать придется тебе.
Блоссом сложила на груди руки и заявила:
— Я не могу.
— Почему?
— В отличие от некоторых я живу в реальном мире, — едко заметила она.
— Что это значит?
— У меня нет доступа к частному самолету твоей компании, — пояснила она. — Я не могу лететь, когда мне вздумается. Я брала билет экономкласса и не могу его менять, поэтому я остаюсь.
— Ты собираешься провести медовый месяц в одиночестве? — недоверчиво спросил он.
— А ты здесь зачем? — выпалила она в ответ. — Кстати, отменить свадьбу — это такая же большая работа, как и ее подготовить. Я устала и заслуживаю отдыха.
Неужели она действительно обижалась на него?
— Ты говоришь это так, как будто я отменил свадьбу, — произнес он напряженным голосом. — И я помню, что это совсем не так.
— Интересно. А я не припомню, чтобы ты возражал.
Неожиданно Джо поразила мысль, что за все одиннадцать месяцев их знакомства, а девять из них они были помолвлены, они ни разу не повысили друг на друга голоса, а теперь вот выясняют отношения.
Эта женщина с сердитым прищуром и таким тоном была ему совершенно незнакома.
И почему эта новая Блоссом так его интриговала? Не то чтобы он когда-нибудь позволит ей узнать об этом.
— Хорошо, — согласился он, собрав волю в кулак, потому что боль становилась невыносимой, — ты можешь посмотреть.
— Не так я себе представляла свое прибытие в этот райский уголок, — заметила Блоссом, пока они с Джо искали домашнюю аптечку.
У нее не было никаких сомнений в том, что она оказалась в раю. Хотя Блоссом прилетела поздно вечером, и Большой остров был почти полностью погружен в темноту, когда ее везли в поместье на такси, и она была совершенно измучена долгим путешествием, «Хейл Алана» немедленно подняла ей настроение.
Это было одной из причин, почему она не включила свет после того, как вошла внутрь, позволяя ощущению этого места впитаться в нее.
Вилла была полна ароматов, здесь царили спокойствие и безмятежность и в то же время необыкновенная чувственность. Она осознала это только сейчас, когда они проходили по великолепному дому. Сам воздух вокруг нее был мягким, теплым и влажным, как поцелуй.
Или, может быть, именно близость Джо так обострила ее чувства? Хотя она прекрасно осознавала, что выглядит не наилучшим образом.
Блоссом оставила дома все те невероятные наряды для медового месяца, которые они с Блисс выбрали вместе. Просто смотреть на них было слишком больно. Ну, почти все из них. Она привезла лишь несколько бикини.
А потом удобно оделась для путешествия. Кому нужно производить впечатление на кучку незнакомцев? И вот она прибыла на Гавайи взъерошенная и помятая, ее растрепанные волосы были скрыты бейсболкой. Она видела, что ее неказистый наряд потряс Джо.
