Серега смотрит на меня и молчит. Долго молчит. Я успеваю прокрутить в голове цепочки вероятных событий и проблем, что последуют за ними. Отец сидит в своем кресле и тоже молчит, позволяя нам поговорить. Видимо, сам еще не до конца в курсе всего.
— Да я сам виноват, — напряженную тишину нарушает Серый. — Был не в том месте, не в то время, влюбился не в ту девушку…
— И кто же она, если “не та”?
— Дочь прокурора местного.
— И? В чем проблема-то?
— В том, что папаша ее против меня. Видите ли, его лучший друг носит рога, а я являюсь первопричиной их появления. Ну, он наплел все это дочери, она на меня обиделась, трубки не брала. Динамила меня почти неделю. А потом через ее сториз я узнал, что она в клуб поперлась со своими подружками-блядями. Вырядились так, словно в смену ночную заступают. И не в какой-то мажористый, а, блядь, в самый отстойник в жопе мира, — брат в бешенстве, а мы с отцом слушаем его и не перебиваем, чтобы он не замолчал и не закрылся в себе. Нам нужно узнать все как можно подробнее, чтобы понять с кем имеем дело. — Ну и я, конечно, рванул за ней. Приехал туда, а там к ней и ее подругам уже толпа каких-то обдолбышей подсела. Я к ним. Она вгашеная уже была. Походу, уроды эти подсыпали в напитки что-то. Увидев меня, скандал закатила, мол я урод и бабник, трахаю все, что движется без разбора.
— Ну, пока все по факту, — отец пытается разрядить обстановку.
— Да, так раньше было. До нее… — Серега замолкает.
— А что дальше-то было? — спрашиваю.
— А дальше эти утырки захотели типа за девочек заступиться, давай махаться, ножи достали. Ну я и уложил их. Моя тут же ко мне прижалась, поняла, что едва не попала жестко. Забрал ее и мы вышли из гадюшника этого. Уже по пути на парковку навстречу вышли трое амбалов. Сразу понял, что эти конкретно по мою душу. Сзади подошли еще двое. Один от меня Лерку оторвал, второй молча ударил в лицо. Дальше месево и вот результат. Ко-нец.
— Нихера не конец. Я так и не понял, что за амбалы.
— Да папаша Леркин прислал их. Охрана, видимо. Она их узнала и по имени называла, кричала и просила, чтобы оставили меня, пока те меня в асфальт вколачивали.
— Пиздец, — обреченно заявляю и иду к отцовскому бару, наливаю в два стакана вискарь, подаю один стакан Серому. — Это когда было? Какого хера мне не позвонил и не рассказал, что за девчонкой своей поехал? Я бы подстраховал.
— Не хотел вам с Никой мешать.
— Ты дебил? Что значит мешать? Неужели ты думаешь, что я не помог бы тебе? — меня взрывает от возмущения.
— Наоборот! — спокойно отвечает брат, — точно знаю, что помог бы. Потому и не позвал. Не хотел, чтобы еще и у тебя с твоей девушкой проблемы были.
— У тебя есть девушка? — удивляется отец.
— Да, пап, есть, — отвечаю отцу и снова поворачиваюсь к брату, — ты стрелы-то не переводи! С темы не соскакивай. Что делать дальше будешь?
— Пока не знаю.
— А девушка что? Лера, да? — уточняю.
— Лера, ага. Она под домашним арестом пока. Нет связи с ней. Она только сообщение успела мне скинуть, что ее домой привезли и она в порядке. А дальше тишина. У нее телефон отобрали и теперь она “абонент не абонент”, — брат залпом выпивает виски.
— Так, дети, а пойдемте-ка к столу, — отец встает и, помогая брату встать, выходит из кабинета вместе с ним, — нечего алкоголь на голодный желудок глушить. Да и мама там расстаралась, вкусный обед приготовила. Идем, Дамир.
— Идем, — двигаю следом за ними. — Серый?
— М?
— Все норм будет. Прорвемся!
— Ага, — улыбается.
Ника
Уже неделю хожу без настроения, нервничаю и совсем не контролирую свои эмоции. Даже с Авророй умудрилась поругаться из-за мелочи какой-то. Я и вспомнить не могу из-за чего. Помню только, что было очень обидно, а потом стыдно за то, что сорвалась на подруге. Потом долго плакала у нее на плече, а она меня еще и успокаивала. А все почему? А потому что нечего настолько сильно привязываться к человеку и зависеть от его присутствия рядом.
Дамир уехал на сборы десять дней назад. Первый день я держалась молодцом. Убралась в его квартире, приготовила себе еды на пару дней, поговорила с братом, попереписывалась с Дамиром и день закончился. Когда я легла в нашу кровать, уже в тот момент почувствовала острую нехватку парня рядом. За несколько недель, что мы жили вместе, я настолько привыкла засыпать в его объятиях, что в тот момент захотелось волком выть от одиночества. Снова набрала Дамира. Он разговаривал со мной тихо и нежно до тех пор, пока я не заснула.
Следующий день показался еще тяжелее предыдущего. Я одиноко бродила из комнаты в комнату и никак не могла придумать чем же мне заняться. Решила не тратить время в пустую и подготовиться к контрольной. Впереди зачетная неделя и, поразмыслив, что именно сейчас я смогу как никогда сосредоточиться на учебе, принялась зубрить материал.
