— Да, можно роскошный обряд за казённый счёт провести, — мне нравилась перспектива, ведь нас в первый раз не очень ласково встретили, а теперь есть отличный шанс всё исправить и испытать настоящее радушие и гостеприимство городских властей.
— Я, конечно, не нищий, но мне кажется, что глупо такую возможность упускать… — задумчиво сказал вольный, красноречиво глядя на колечко на моём пальце.
— Юлиан?
— Силь, соглашайся. Избавишься от лишних семейных посиделок, сэкономишь, да и вообще мысль правильная. Это же так романтично: две свадьбы в один день, — Парвик не отказал себе в удовольствии ответной шпильки.
Я поняла, что если сейчас начну подыскивать оправдания, то вряд ли мне это поможет. Вон все как смотрят на меня, это не друзья, а голодные хищники, учуявшие добычу. А такие разве уступают? Поэтому придётся играть.
— Вообще-то, я и сама хотела это предложить, только было несколько неудобно, ведь Юлиан мог обидеться… — я даже правдоподобную улыбочку изобразила и по руке жениха нежно погладила.
— Значит, проводим два обряда? — Парвик заметно оживился.
— Да, только хотелось бы приличные браслетики прикупить. Не можем же мы позориться перед семьёй и близкими? Да и уронить себя на глазах принца не хотелось бы… — я всё же попыталась найти маленькую лазейку.
— Это разумное замечание, но, думаю, с этим проблем не должно возникнуть. Глава города свои собственные закрома перед нами распахнёт, стоит только перед ним пару лишних раз имя принца упомянуть, — Юлиан моим же козырем и побил все скромные потуги отсрочить приговор загнанного в угол сильфа.
— Как, дети? А почему ты мне сразу не сказала? — признание жены принца ввело в ступор.
— Я боялась потерять тебя… — Диара всхлипнула и прижала руки к груди.
— Стен, не истери. Это же не твои дети. Что, у нас не хватит ресурсов, чтобы обеспечить малюткам достойное будущее? — дух вольного, запертый в теле наследника, одёрнул своего напарника. Его женщина вполне устраивала: и посмотреть было на что, и не лезла она в дела принца, удовлетворяясь нарядами и безделушками.
— Да меня сам факт умолчания о таких важных вещах бесит. Что я отцу скажу? — Истенион тоже перешёл на мысленный диалог.
— Ничего не будем говорить. Ведь может твоя жена приютить во дворце своих родственников? Тебе даже обманывать не придётся. Так оно и будет, дети ведь вполне подходят под это определение. А когда все попривыкнут, не важно будет, что мы немного слукавили. Думаю, у нас определённые бонусы в связи с этим появятся. Дядюшка-то весьма неплохой маг, а нам союзники очень нужны.
Истениону пришлось снова согласиться с более умным и опытным магом, ведь он тоже понимал, что Диара — это ещё и гарантия жизни.
— Хорошо. Ди, ты можешь перевезти детей во дворец, но мы поселим их в соседних апартаментах и наймём нянек, — принц свёл брови к переносице, показывая, что дальнейших уступок не будет и обсуждать этот вопрос он не намерен.
— Какой ты у меня понимающий! Как я тебя люблю! Я и сама хотела просить об этом, — обрадовано защебетала Диара, вешаясь на шею принцу. — Конечно, я забочусь о своих малышах, но у меня сейчас столько дел, что я одна вряд ли справлюсь, — добавила она, боясь, что Истенион может подумать о ней, как о весьма легкомысленной особе. И чтобы полностью такие мысли у принца исключить, женщина теснее прижалась пышной грудью к мужу.
— Стен, запирай двери. Ближайшие пару часов мы будем сильно заняты.
Руки Истениона уже освободили женщину от корсета, а потому замечание второго внутреннего я было весьма к месту.
— Что значит — занят? Как это — не велено пускать? Да что вы себе позволяете? Это мой дворец, и только я решаю, что можно, а что нельзя!
— Ваше Величество, принц с женой закрылся… — один из охранников у двери попытался хоть как-то объяснить свои действия.
— Что за нравы пошли! Ночи им мало! Чтоб через пять минут наследник был у меня в кабинете!
Король бросил весьма выразительный взгляд на охрану и отправился к себе. Полчаса назад у него побывал советник с отчётом по испытанию новых возможностей Истениона, и это обязательно нужно было обсудить. Маги, что подписались под документом, в один голос утверждали, что такому научиться невозможно, и ни одного источника, где бы описывалось подобное, нет. А это наводило на определённые мысли. Например, о том, что сын мог большую часть своих способностей попросту утаить. Сюрпризы такого плана король не любил, предпочитая заранее знать, с чем придётся иметь дело в будущем. И всё это делало необходимым провести откровенный разговор. Хорошо, что есть возможность проверить правдивость слов наследника.
Монарх покрутил на пальце амулет, отвечающий за истину, и решил ещё подстраховаться, приготовив символ королевской власти, на котором принц поклянётся говорить правду.
— Ваше Величество, что-то произошло?
Истенион не задержался, видимо, охрана была настойчива.
— Я получил отчёты по твоим испытаниям, — король махнул рукой, прося сына прикрыть дверь.
— А, вон оно что… Канцелярские остались довольны?
— Меня волнует не это. Я хочу знать, сколько ты утаил.