Воздух перед стеной дрогнул. Камень растворился, как дым, открыв нишу размером с ладонь. Внутри лежал единственный предмет — капля, Артефакт Знаний. Как говорил Хафнер, «возможно, легендарного, высшего порядка». Я с осторожностью смотрел на каплю. Какая вероятность, что он поместил сюда знания о шестой стадии? Думаю, самая минимальная. Такого добра вокруг хватает, вполне в открытом доступе. Не-е-ет, тут что-то другое. Что-то, что не стоит доверять тем, кто не знает рун…
Я взял в руки каплю. Она была тяжелее, чем казалась. Немного подержав в руке камень, я решился и начал поглощение. В сознание сразу хлынул поток откровений, образов, трехмерных чертежей, энергетических схем головокружительной сложности.
Я замер, как вкопанный. Поток информации обрушился на сознание не просто схемами — это был полный архитектурный план гробницы. Каждый камень, каждая руна, каждый энергетический контур, каждый предохранительный клапан и скрытый стабилизатор. Все, до мельчайшей трещинки в фундаменте и микроскопической вариации в потоке энергии из Бездны. Это было… понимание. Понимание гения, стоявшего за этим чудом инженерной магии. Безымянный.
«Офигел» — это слишком мягкое слово, чтобы выразить мои ощущения. Я стоял с растворяющейся каплей в оцепеневшей руке, ощущая, как холодок восторга и ужаса бежит по позвоночнику. Он знал. Он предвидел, что гробница может потребовать внимания через века, тысячелетия. И оставил этот ключ не в сокровищнице для случайных искателей, а здесь, в самом сердце энергетического узла. Открыть мог только тот, кто почувствует аномалию в поле, кто увидит за маскировкой руну «ключ». Мастер. Как он. Как я.
Судьба? Или расчет гения, чье видение простиралось дальше временных рамок простых смертных? Неважно. Подарок был бесценен.
«Спасибо», — прошептал я мысленно в пустоту, адресуя благодарность Безымянному.
От шока я аж присел. Весь мир сузился снова до этой невероятной карты знаний в моей голове. Я видел! Моё старое видение наложилось на новую информацию. Видел, почему возникла проблема с перенасыщением. И теперь я знал, как её решить. Видел идеальное место для врезки клапана. И это оказалось не горлышко потока, где давление максимально и риск разрушения велик, куда я целился ранее, а чуть дальше, в точке естественного резонанса, где энергия сама стремилась к равновесию. Там клапан будет работать в унисон с системой, усиливая ее стабильность, а не ослабляя!
И материал… Материал! Безымянный использовал для гробницы совсем не камень и не металл. В критических точках стояли маленькие кристаллы, выращенные из самой энергии Бездны, закаленные временем и давлением. Такие же кристаллы я видел в сокровищнице, в одном из ларцов! Они были там не просто так!
Я резко встал и чуть не подпрыгнул от возбуждения. Теперь я знал, как сделать правильно. Как сделать навечно.
Сердце бешено колотилось. Я окунулся в работу, мои пальцы, теперь ведомые не ощущениями, а точным знанием, летали над каменной поверхностью. Теперь я не создавал клапан извне — я выращивал его внутри, прямо в системе, как делал это Безымянный.
Сгустки чистой энергии, сплетенные с моей Волей Дракона, плавили осколки тех самых кристаллов из бездны. Я тонким узором вплетал дополнительный узел, делая это мягко, точно и аккуратно.
Каждая «нить» ложилась на свое место, резонируя с окружающей структурой, дополняя ее. Каждое действие находило отклик в схеме, подтверждая его правильность. Я видел энергетические узлы, точки напряжения, резонансные частоты — все, как на ладони. Знания из капли текли внутри меня, направляя движения, подсказывая решения. Я чувствовал себя не ремесленником, а продолжателем. Инструментом воли мастера, спустя века доводящего свое творение до совершенства.
Работа шла хоть и медленно, но уверенно. Там, где раньше были мучительные расчеты и гипотезы, теперь была уверенность. Все мои сомнения ушли прочь, и я с трудом сдерживал свое возбуждение, чтобы не торопиться. Я был на пике концентрации, слившись с работой, почти не ощущая собственного тела.
Именно в этот миг абсолютной погруженности в процесс Клык нанес удар.
Он использовал то, что уже было ему доступно — одну из моих собственных «рук силы», черную нить, глубоко ушедшую в структуру кристалла рядом с почти завершенным клапаном. Я ощутил движение поздно — лишь как слабый, чужеродный импульс, идущий вдоль нити, а не от меня. Ниточка дернулась с мерзкой, рассчитанной силой — и ткнула точно в микроскопический узел, отвечающий за устойчивость системы. И высосала из него всю силу, мгновенно разрушив.
Щелк.
Звука не было. Это была игла, которую мне вогнали в мозг. Хрупкое равновесие, тончайшая паутина энергии, сплетенная Безымянным с таким мастерством, порвалась. В идеальной структуре защиты возникла брешь размером с булавочный укол. Но это было как падение домино — одна нить тянула за собой вторую, а затем и третью.
И Бездна вдохнула.
