А где-то невообразимо далеко громадное облако из едва различимых дрейфующих гор исчезло в огне мощных взрывов. Пространственные разломы открывались один за другим, порой соединяясь друг с другом. В одном из них появились очертания целой планеты. Обмершие от вселенского ужаса, люди наблюдали, как она развалилась на части в чудовищных корчах. Сонмище новых обломков, окутанных свирепым пламенем разбитого сердца погибшего мира, тяжело прошли через портал. Крупнейшие из них, размером с континент, сметали всё на своём пути, перекраивая изменчивую карту местных астероидных полей. Шквал останков безымянной планеты всесокрушающим фронтом приближался к беглецам, покрывая тысячи миль. Одну за другой.
Очередной портал возник на пути пленников. С резким звуком он рассёк дорогу надвое, а заодно и бегущего впереди мужчину. Дымящиеся половинки несчастного втянуло во врата, которые зависли в пространстве, поджидая беглецов.
— Да ни за что! — истерически взвизгнул негр, в глазах которого заплескалось безумие.
— Да всем насрать! — едко подхватила его недавняя неприятельница, промчавшись мимо него, даже не оглянувшись. — Подыхай тут, если хочешь!
Йозеф, не слышащий их перепалки, собрал последние силы и ринулся к порталу. К его ужасу, он стал уменьшаться. Блондинка, отчаянно матерясь, помчалась к нему с неожиданной для неё прытью. Но не успела она до него добежать, как межпространственная дыра приобрела матовый вид и со звоном бьющегося стекла разлетелась на мириады осколков. Несколько из них вонзились в тело женщины, пробив его насквозь в нескольких местах. С выражением непонимания на лице, она повалилась на холодный камень, истекая кровью.
Йозеф едва сумел увернуться, но один из бритвенно-острых фрагментов ужалил его в левое ухо. С шипением мужчина зажал рану рукой. И в ту же секунду похолодел: уха у него больше не было.
Чернокожий мужчина, что с безумным видом наблюдал за развернувшимися событиями, залился визгливым смехом. Его остекленевший, лишённый осмысленности взгляд говорил, что рассудок беглеца был навсегда сломлен. Отплясывая и кривляясь, он приблизился к стонущей блондинке.
— Какая досада, — глумливо хихикнул он, таращась на неё звериными глазами, в которых отразилась ярость бушующего вокруг апокалипсиса, — но зато все проблемы для тебя скоро закончатся, не так ли?
Женщина отхаркнула идущую ртом кровь и с ненавистью посмотрела на него.
— Зато твои только начинаются. Кстати... — прохрипела она, указав взглядом себе на низ живота. — Моё предложение ещё в силе.
— Да я тебя... — взбеленился он, замахиваясь для удара, но завершить его не успел. Кулак Йозефа правильно поставленным ударом впечатался ему в челюсть, выбив её из сустава. Не в силах закрыть рот и мыча от боли, негр с полоумным видом зашатался и повалился на камень.
Держа ладонь у срезанного уха, через пальцы которой струилась кровь, Йозеф взглянул на умирающую в агонии женщину.
— Холодно... — прошептала она, уставившись расширенными глазами в каменный шквал, несущийся в их сторону с пугающей скоростью.
Йозеф присел рядом. Смысла бежать уже не было. Взяв в свою ладонь её руку, он слегка сжал её, не в силах выдавить из себя ни слова. Женщина скользнула по нему угасающим взглядом:
— Где наш бог, незнакомец? — прошептала она. — Даже кучка фригидных монашек, с которыми я служила, этого не знает.
— Видимо, ему не до нас, — сказал Йозеф, стараясь не смотреть на растущий каменный вал.
— Да и ху... — не успела она договорить, как последняя судорога пробежала по телу, и измученная женщина затихла на полуслове. Ещё одна ненужная Богу душа отошла в небо, чтобы найти руины поруганного Рая.
Мужчина выпрямился. Терять ему было нечего. Кинув последний взгляд на невнятно бормочущего и ковыряющегося в собственном дерьме чернокожего, Йозеф сделал шаг к краю пропасти. Пора положить конец подлости, порождённой собственной трусостью.
Отправив себя в самоубийственный полёт и перевернувшись в воздухе, он видел, как стремительно исчезает вверху обломок моста, потерявшись на фоне бурых скал, бывших надгробиями мириадов уничтоженных миров.
Плотные потоки пахнущего жжёным камнем воздуха выли в уцелевшем ухе, глаза нещадно слезились. С бешено колотящимся сердцем Йозеф промчался мимо ледяной глыбы, в которой были вморожены тела совершенно чуждых людям существ. Вопль ужаса застыл в его горле, когда он пролетел сквозь багровую облачную пелену, в которой кормились кусками плоти многочисленные медузы. В непередаваемом отвращении Йозеф зажмурил глаза, когда увидел циклопическую, распадающуюся от гниения тушу неизвестной твари, усеянной частоколом хитиновых шипов, на которых были насажены десятки тысяч беременных женщин и оскоплённых мужчин.
