— «…И снова вернёмся к теме безопасности путешествий в космосе, — Миранда громко отбросила ложку и, опалив меня взглядом, удалилась, оставив недоеденным завтрак. А диктор продолжал: — Сколько ещё компании будут врать нам о надёжности защиты? Ведь, как показал всколыхнувший всю галактику инцидент, даже самые дорогие системы не надёжнее амбарного замка на старом доме! Объяснит ли «КосмоПро», признанный лидер охранной безопасности, как АрДжи проникли на борт защищённого их системой лайнера? Многие корабельные компании требуют возвращения средств и разрыва контрактов. Крах «КосмоПро» очевиден. Но кто тогда обеспечит защиту от разбойников на галактических трактах?» — начались рекламы производителей систем безопасности.
— Однако, какую заварушку Вы устроили, Нинэль, — прокомментировал Давид.
Я осторожно посмотрела на него, но особой ярости мужчина не испытывал. Показалось, даже смотрел с заинтересованностью. На голограмму разумеется, не на меня. Вновь заговоривший диктор, словно издеваясь, подтверждал его слова:
— «…Личности агентов Галактикона, участвовавших в операции, по-прежнему неизвестны. Но, возможно, мы узнаем своих героев на следующей пресс-конференции, запланированной через несколько дней! Внимательно следите за нашими выпусками — и будете оповещены первыми! Подробности проведения операции по-прежнему засекречены…».
И я надеюсь, что засекреченными они и останутся.
— Мне жаль, что так вышло с Вашей компанией, — обратилась к Давиду, не особо надеясь на понимание. — Но не моя вина, что ваша система оказалась уязвимой.
— Уязвимой? — мужчина обратил на меня всё внимание. — Нинэль, искин прошёл сертификацию Комиссии Галактики, получив высший бал. Он НЕ уязвим для любой угрозы внешнего характера. Не его вина, что Вы оказались настолько гениальны в своём стремлении, что обошли планку межгалактических стандартов.
— Не стоит приписывать мне то, чего нет, — запротестовала. — В моих действиях не было никакой гениальности.
— Расскажете об этом Комиссии. Они ведь считаются лучшими в области кибербезопасности. Но, пожалуйста — систему, что они не смогли взломать вместе, разрушили одна Вы. И не беспокойтесь насчёт «КосмоПро». Аддерли знает своё дело. В пресс-конференциях вывернет всё так, что эта неприятность лишь повысит доход и рейтинг.
Поговорив с этой женщиной, я даже не сомневалась в подобном исходе ситуации.
— Успокоили, — и я задала мужчине вопрос, что крутился в сознании ещё со вчерашнего вечера: — Давид, Аддерли рассказала мне об особенностях вашей сексуальной жизни, — мужчина насмешливо усмехнулся, так что продолжила я чуть уверенней: — Но она убеждала, что дальше постели женское доминирование не заходит…
— В частности, — прервал он меня, не дав договорить и сильно насторожив.
— В частности?
— Разумеется. Это зависит от женщины. Есть и такие, что не ограничиваются «постелью». Аддерли рассказала Вам свою идеологию, но Вы ведь должны понимать, что сколько женщин — столько и предпочтений.
Я неловко улыбнулась.
— Речь не об этом. Ведь, как я успела подметить, в ваших парах отношения именно такой идеологии, — он кивнул. — Но Вы совершенно не принимали участия в решении вопросов компании. Договор со мной заключался тоже без Вас. Выходит, всё-таки и здесь контроль у женщин?
Давид снова насмешливо ухмыльнулся.
— В интеллектуальной собственности — да.
— Не поняла.
— «КосмоПро» специализируется на охранных искинах и космических лайнерах. По давно устоявшейся традиции, женщинам принадлежат акции технологий безопасности, мужчинам — кораблестроения. Ни я, ни Адам действительно не вмешиваемся в управление частью компании, отвечающей за искусственные интеллекты, но не думайте, что мы позволяем женщинам что-то решать в наших отраслях. В данный момент мы здесь, потому что ни один уважающий себя накириец не отпустит свою женщину одну, а отнюдь не по работе. Но если бы Вы что-то натворили в инженерной части, тогда разговор бы уже протекал в наших кабинетах и без участия наших пар.
— О, теперь понятно, — кивнула, принимая к сведению. — Вы упомянули себя и Адама, а как же Реми Арст?
— Ни он, ни Лейла не пожелали присоединиться к семейному делу, отдав предпочтение вместо техники искусству. Реми Арст довольно известный режиссёр, а Лейла — популярная певица. «КосмоПро» не в их интересах. Разве что спонсорство и рекламные компании.
В образ певицы Лейла вписалась у меня как нельзя лучше.
— А кто у компании исполнительный директор?
— Алик Шторм вступил в полномочия год назад. Что касается охранной безопасности, то выбор всё ещё предвидится. Пока кандидатов нет, и функции лидера выполняет Аддерли.
Прозвучавшее имя брата Джеймса меня успокоило. Опасалась, что сам накириец может оказаться действующим главой. Вот в начальники Джеймса я точно не хочу. Почему-то кажется, что работа — это то, где нам лучше не пересекаться.
— Спасибо за разъяснения, — кивнула, возвращаясь к завтраку. — И за нормальное отношение.
