— Рада слышать. Ты поосторожнее с отцом. Они с мамой поминали сегодня, залечивали душевные раны и все такое.
— Да уж, я заметил. Надеюсь, он не сунется в комнату. Лучше ему ко мне не лезть. Думаю, я вмажу ему, если он так поступит.
— Смело.
— Мне надоело постоянно терпеть. Человек не может копить в себе чужое дерьмо безгранично, Ди. Иногда оно достигает краев и проливается, пачкая окружающих.
— Да уж, у тебя сегодня прямо-таки дерьмоизвержение, братишка.
— С кем не бывает?
Родители покинули провонявшую алкоголем кухню и легли спать, когда стрелки часов встретились на полуночи. Тогда Стивену удалось и искупаться, и немного расслабиться. Контрастный душ, как посоветовала миссис Беккер, действительно поднял настроение и позволил не терзаться тревогами перед сном.
И даже во сне Вест больше не был беспомощным гигантским исполином в окружении крепостей и башен, состоящих из сундуков. Ему снилась ночная улица и горящий далекими огнями город. Он ехал на велосипеде, наслаждаясь запахом осени. Автомобили, проезжающие мимо, были редкостью, но парню нравилось чувствовать, как порыв ветра от них пытается трепать ткань его серой толстовки.
Затем далекий город сменился влажным лесом, в котором не было видно ни дороги, ни тропы — кромешная тьма проглатывала здесь каждый ствол и каждую ветку. Но Вест точно знал, что едет правильно.
Он остановился возле заброшенного дома, спрятанного тенями засыпающих зарослей. Внутри парня накрепко засело убеждение в том, что это здание принадлежит ему и он совершенно точно здесь уже бывал и не раз.
В мрачном коридоре с жужжанием едва горела лампочка. От затхлости хотелось сплюнуть горькую слизь, скомкавшуюся в горле. Собственных ног Стивен не видел, но отчетливо слышал под подошвами хруст старых сухих листьев, которыми был припорошен пол.
Кто-то коснулся его плеча. Парень вскрикнул и развернулся уже с замахом. К счастью, кулак пролетел мимо очаровательного девичьего лица той брюнетки в белом платьице, что уже снилась ему. Она с укором пронаблюдала за сим безуспешным действом, затем презрительно фыркнула Стиву в лицо.
— А если бы тебе приснилась сестра? — строго заговорила она, подбоченившись. — Ты бы ей в лоб залупил?
— Извини, — Вест с виноватым видом потер затылок.
— Зачем ты сюда пришел?
— Это же мой дом. — Парень искренне удивился такому вопросу, даже возмутился ему. — А вот что ты тут делаешь?
— Да с чего ты взял, что это жуткое место — твой дом?! — повысила голос брюнетка. — Уходи, Стивен. Живо уходи.
Желание покинуть дом возникло внезапным фейерверком на фоне уверенной безмятежности. Оно заискрилось, зашипело, начало бить ключом, выгоняя адреналин в кровь.
Сомнения беспокойными голосами слетелись вокруг Стивена и принялись нашептывать о том, что дом и впрямь не его.
«Прозрей! — наперебой велели голоса. — Прозрей!»
«Очнись!»
«Прозрей!»
Парень хмуро отмахнулся от них, как от навязчивых птиц. Он начинал злиться от этой лжи, от этих настырных попыток его переубедить.
— Ты хочешь забрать мой дом себе, — процедил Стивен, посмотрев теперь на девушку, как на соперника. — Ты намеренно внушаешь мне эту глупость!
— Ты придурок, если считаешь, что я мечтаю жить в развалинах! — Темные глаза незнакомки почти засветились от ярости и это ей чертовски шло. Она прокрутилась на месте, раскинув руки, мол, посмотри вокруг. Юбка ее легкого платьица красиво закрутилась. — Где хотя бы намек на то, что это твой дом, Стивен?! Очнись!
— Тогда как ты объяснишь это?
Вест ткнул пальцем в дверь, и та покорно распахнулась. Коридор квартиры, который казался несколько лысоватым относительно остальных комнат, залился теплым светом от лампочек под потолком.
— Стиви? Ты дома? — раздался мужской голос откуда-то из зала. Вскоре на пороге появился улыбчивый Этан Вест в желтой поло и коричневых вельветовых брюках. Он тепло посмотрел на сына, затем вежливо поздоровался и с темноволосой девчонкой. — У нас гости? А я думал мы поедем покидать мяч.
— Нет, папа, — Стив окинул незнакомку в платье агрессивным взглядом. — Она уже уходит.
— А. Что ж, — мужчина неловко помахал ей рукой. — Был рад знакомству.
— Какому, к бесам, знакомству?! — в бешенстве закричала та.
Стивен подошел к брюнетке пугающе близко и зашипел:
— Когда еще я смогу поиграть с отцом в мяч? Если ты мне все испортишь, я тебя прикончу.
— Твой отец не стал бы играть с тобой в мяч, Стивен, — бесстрашно воспротивилась та. — Вспомни, какой он. Я умоляю тебя, найди в себе силы отказаться от игры и уйти. Пожалуйста, Стивен. Сейчас все от тебя зависит. Только от тебя.
Но Стивен сузил жестокие серые глаза:
— Пошла. Вон.
И девушка исчезла. Просто мгновенно испарилась, будто никогда не появлялась.
Лицо юноши озарилось улыбкой, он повернулся к отцу, ожидая одобрения, и тот мягко погладил его по русой макушке. Стив казался себе гораздо ниже, чем обычно. Как тогда, когда ему было лет девять.
