Ральф уже знал, что означает такое поведение сожительницы. Она видит, и сейчас ей мешать не следует. Он терпеливо ожидал, пока та сама выйдет из жуткого транса.
Чем дольше Ви вглядывалась в хаотичное облако, тем отчетливее проступал силуэт внутри него. Кто-то крупный лежал на боку. Полный мужчина средних лет тянул руку сквозь туман и стонал. Его серая майка задралась, оголив сильно выступающий округлый живот, который лежал на дороге.
Облако медленно теряло насыщенность цветов, показывая Вильде след от автомобильной шины на бледной коже. В области пупка живот был прорван, а из рваной раны спадали раздавленные весом машины внутренние органы.
Джефф ощутила запах брюшной крови и прикрыла глаза. Ее начало тошнить, хотя она и понимала, что это лишь отголосок прошлого.
— Тут есть следы, да? — разочарованно вопросил Ральф.
Ви отвернулась от дороги и взглянула на друга. Она рассматривала его нос, прическу, одежду — все, что угодно, лишь бы выйти из состояния провидения. Наконец, зловоние начало исчезать. Девушка глубоко вдохнула, окончательно справляясь с дурнотой, и затем только ответила:
— Да, тут есть след. Но не думаю, что он связан с происшествием на заправке.
— След? — удивился Ральф. — Один? Тут умерло десять человек.
— Ты уже говорил, но они не оставили ничегошеньки, — Вильда медленно прошла к руине. Она внимательно рассматривала каждую щепку, оставшиеся следы крови, осколки стекла. Многое напоминало о смерти на этом месте в мире физическом, но в той самой особой прослойке от погибших не осталось ничего.
Ральф поиграл пальцами с чудными черными усиками на капюшоне Ви с абсолютно серьезным выражением лица.
— Значит, — протянул он, размышляя. — Мы можем смело связать случай с автобусом и бензозаправкой.
— Я бы не спешила, — ухмыльнулась видящая. Она убрала руки мужчины от своего капюшона и отошла к месту, где на асфальте чернело несколько темных лужиц, давно засохших и впитавшихся в грунтовый материал. — Вспомни случай со стрельбой в школе. Это было массовое убийство, не оставившее ни единого напоминания. В автобусе же погибло только двое. Убийца водителя застрелил себя, но не начал расправу над остальными пассажирами. Теперь ситуация здесь, на автозаправке: опять-таки, массовое убийство. Что, если мы имеем дело с несколькими силами, стирающими следы умерших?
— А что, если все-таки нет? — развел руками Ральф.
— Ну тогда я не могу понять логику происходящего. Лезть в это не слишком уж хочется, знаешь ли.
— Ты не видишь логики?! — мужчина воскликнул так, словно усомнился в интеллекте напарницы. — Вильда, раскрой глаза! Происходят массовые убийства, так? Это нечто питается эмоциями погибших, именно поэтому нужно больше и больше жертв. Почему из общей картины выбивается происшествие с автобусом? Быть может, это нечто надеялось, что в аварии погибнет больше народу. Неудачи никто не отменял даже в параллельных измерениях, дорогуша.
— Ты так говоришь, словно клонишь к тому, чтобы мы каким-то образом научились выслеживать это нечто.
— Тогда ты могла бы предупреждать массовые трагедии, — кивнул согласно Ральф. — Эх, вот бы я мог видеть твоими глазами…
— Поверь, тебе бы не понравилось, — девушка нервно усмехнулась.
«Следить за сомнительным существом из параллельного мира и мешать ему пожинать плоды? Точно ли это хорошая идея?» — думала Джефф. Ее пальцы заледенели от страха, когда она представила, как бросает вызов этому существу. Сумеет ли она вообще его увидеть? И не погибнет ли на месте от разрыва сердца?
— Вильда Джефф. — к паре приближался мужчина лет сорока, в сером плаще и с зонтиком того же цвета.
Будь он помоложе, то был бы брюнетом, но сейчас черноту его волос разбавляла неравномерная седина. Он был высоким, выше шести футов, стройным, даже статным. Свободной рукой он держал длинную трубку из кости. Всю ее чашу украшали резные символы, они шли друг за другом тесно, плавно спускаясь по спирали, кружась вокруг табачной камеры.
— Видел вас по телевизору, — он улыбнулся, на миг показавшись моложе лет на пятнадцать. На бритых щеках проявились ямочки.
Несмотря на проявленное дружелюбие, Ви стало не по себе.
— Славный у вас плащ, — тем временем продолжил незнакомец. — Что вы здесь делаете?
— А вы, собственно, кто такой? — выступил к нему Ральф. — И какая вам разница?
— О, мне важно, поверьте, — незнакомец вдохнул дым из трубки, лукаво поглядывая то на Вильду, то на ее товарища, пошедшего в роль защитника. — Вдруг здесь будут проходить съемки, а я пропущу выпуск? Я бы посмотрел, как Вильда Джефф рассказывает, стуча себя в грудь, о том, как погибшие здесь люди просят прощение у своих безутешных семей, как прощаются и прощают убийцу. Это всегда так забавляет.
— Почему это вас забавляет? — обиженно свела брови Ви. Ей было стыдно, ведь это была такая грубая ложь, что она сама удивлялась, как зрители могут верить в подобное. Но при незнакомце девушка предпочла сохранить лицо, а потому нацепила на себя маску возмущения.
— Вы сами знаете, почему, — пристально посмотрел на нее тот.
