Я сделал последний судорожный вдох, прежде чем она закрыла моё лицо, и в тот же миг ощутил, будто провалился в какой-то поток. Земля под ногами уходила, и я чувствовал, как меня сжимают и скручивают, как если бы я оказался внутри извивающегося червя, прорывающегося сквозь толщу почвы. Дыхание… оно было будто не нужно: я понятия не имел, чем я дышу или дышу ли вообще. Странным образом боль, которую ожидал, не настигла; меня просто несла эта «змея» туда, куда решила сама.
Время потеряло смысл: то ли пронеслось мгновение, то ли я находился в этой пытке-утробе целую вечность. Потом вдруг всё оборвалось. Я повалился на землю, жадно втягивая вечерний или ночной воздух, ощущая на коже прохладу и горьковатый запах листвы. Лиана, сбросив меня, сама упала, превратившись в обессиленную плеть. Я, шатаясь, выпрямился, глядя вокруг. Судя по звёздам и ночной прохладе, мы были на поверхности.
«Я свободен…» — пронеслось в голове. И тут же услышал в сознании голос Ира. Он что-то кричал, возможно, предупреждал об опасности, но я почти не слушал — слишком пьянел от ощущения свежего воздуха и свободы.
Но всё оказалось напрасно: резкий удар по затылку вновь швырнул меня в беспощадную темноту забвения.
Отключаться от реальности таким способом стало для меня какой-то закономерностью. Мой многострадальный затылок, похоже, уже едва выдерживает каждый новый удар. Просыпаясь, я ощупал его и понял, что там, скорее всего, уже знатная гематома (если в этом мире вообще существует такое понятие).
Теперь меня вновь качало из стороны в сторону, и я вскоре догадался, что снова нахожусь в клетке. Только на этот раз она была сделана не из дерева, а из крепкого металла, а вместо зловонного зверя меня куда-то везла обычная повозка — о чём свидетельствовал знакомый скрип колёс. Видимо, именно этот звук и выдернул меня из беспамятства.
Вокруг по-прежнему раскинулся тот же густой лес. Кажется, наступало утро: лёгкая прохлада ночи отступала перед первыми проблесками солнечного света, которые пробивались сквозь широкие листья и робко касались моего измученного лица. Казалось бы, это могло принести хоть какое-то облегчение, но откуда ему взяться, если я по-прежнему сижу взаперти, за решётками металлической клетки?
Вместо лианы на моей левой руке теперь красовалась полноценная цепь, к тому же мне надели железный ошейник, тоже прикреплённый к полу клетки. Так что защищённым здесь я точно не чувствовал себя. И пока непонятно, как избавиться от этих оков — вряд ли Ир сможет помочь, ведь тут нужна не ловкость или "магия", а грубая физическая сила, чтобы сорвать такой крепёж.
Куда меня везут? И самое главное, кто именно? Судя по металлической клетке и железным цепям, всё указывает на «железных» — вейсанцев. Но тогда отчего я оказался у них в плену?
Я опустил взгляд на левую руку, где на тыльной стороне ладони чётко просматривался герб Корпуса Синего Пламени и чуть ниже — мой номер: 47-493. Я ведь получил его в тот же день, когда только-только прибыл в этот мир. Неужели это не даёт им понять, что я «свой»? Или я уже перестал быть своим для них?
Все эти вопросы бурлили в голове, пока повозка мерно скрипела, а металлические цепи холодили кожу. Я старался не шевелиться лишний раз — чтобы не вызывать ещё большего дискомфорта.
Осматривать, по сути, было нечего: обычная прямоугольная клетка примерно два метра в длину и полтора в ширину, полностью занимавшая место на повозке. Сквозь заросли вокруг я не слишком разбирал, кто управляет повозкой или какими силами она движется, — в этом мире это могло быть что угодно, от магических фокусов до каких-нибудь странных и вонючих животных. Я не удивился бы и тому, что механизм едет при помощи таинственных заклинаний или хитрых устройств — тут уже ничто не казалось невероятным.
Интересно, куда мы едем? Для чего меня везут в одиночестве, без конвоя, без стражей? Куда подевались остальные пленники или те, кто за мной присматривал? Вопросов было слишком много, но ответы отсутствовали. Оставалось лишь наблюдать, как густая листва пытается сквозь прутья заглянуть ко мне, чуть колышась при каждом скрипе и толчке.
К тому же я заметил, что зрение моё словно затуманивалось. В этой тесной клетке я не мог сосредоточиться на лесе вокруг так, как прежде, когда Ир показал мне как нужно на него смотреть и "видеть". Все было как тогда, когда я только попал в этот мир. Тогда я был рядовым Вейсанцев… а теперь кто? Возможно, они решили, будто я «предатель» и из-за этого держат меня в клетке. От этого делалось тревожно. Что вейсанцы делают с предателями — если я действительно таковым считаюсь? Я ведь только и хотел — найти свой отряд, помочь им…
