Ночь спустилась как обычно в это время года и за четыре часа до полуночи уже было темно. Стража привычно запалила большие масляные фонари перед крепостными воротами и по крепостной стене, и часовые несли свою стражу, периодически позёвывая. В начале на стене погасло сразу четыре фонаря и не смотря на замену масла и фитиля упорно не хотели гореть.
— Что-то фонари не хотят гореть.
— Может масло испортилось?
— Разве оно может испортится?
— Но не горит же.
— Не горит.
— А у ворот горит?
— Горит.
— Ничего не понимаю.
— О, у ворот тоже один погас.
— Иди чини.
— Там ломаться нечему. Видимо масло дерьмовое.
— Но второй же фонарь горит?
— Гори… Уже не горит.
— Дерьмо.
— Смотри на той стене тоже фонарь потух.
— И что будем делать?
— Если их чинить, то нужно открывать ворота.
— Кто бы позволил тебе их открывать среди ночи.
— Значит будем стоять в темноте.
— Сходи хоть факелов принеси пару.
— А что сам не сходишь?
— А вдруг ты согласишься?
— Теперь точно не соглашусь. Сам иди.
Зайдя в караулку стражник взял резервные факелы и расположившись у порога запалил их с помощью кремния и кресала. Факел потрескивая начал разгораться и стражник довольно спрятал кресало в отдельный мешочек, но факел почему то снова затух. Крепко выругавшись охранник взял другой факел и пару раз ударив кресалом по кремнию высек на факел сноп исктр. Маленький огонёк начал разгораться, приковав к себе внимание, но вдруг с трезком погас.
— Да, что ж это такое!
— Не горит?
— Не горит — ответил стражник отмечая гаснущим сознанием, что голос спросившего ему не знаком.
Запорный брус рассыпался пылью и Лёня отворив створку ворот впустил своих воинов. Десять раз вспыхнул и погас на ладони светляк, давая темнику знак, что ворота открыты.
— Слышь, старшой…
— Чего тебе.
— Вот как у нашего боярина так получается. Два десятка стражников вырезал и тишина же стояла полная.
— Ты бы ещё спросил как он в город проник.
— Как?
— Да не ведомо мне. Проник и хорошо, ворота открыл — ещё лучше. По крайней мере мы с ним почти две недели и все живы.
— Ну любопытно ведь.
— Потерпишь.
Первая тысяча воинов мягким и тихим шагом приблизилась к воротам и каким то образом сразу оказалась у казарм стражи. Гулом зазвучали тетивы луков и наружные посты осели наземь, в тихо скрипнувшие двери просочились гридни и быстро заняли оборону у стоек с оружием, а уже следующие воины взялись за ножи.
Новый день возвестил жителям города, что они могут покинуть его взяв только то, что могут унести в руках кроме золота и серебра. Темник устроил тщательный обыск каждого дома и начал формировать трофейный обоз.
— Ну что, зятёк, не желаешь остаться воеводой в Бограде?
— Нет, тестюшка. У меня ж по нежити задача от князя. Ты не против, если я по домам поброжу Василисе подарочков найду?
— Святое дело. Заслужил. Иди.
Пошёл он не один, а со своими боевыми товарищами. Визор шлема позволял обнаруживать в стенах и под полами тайники и гридни охотно изымали содержимое ссыпая ценности на шторы и вытаскивая во дворы.
— Боярин, а как ты вот так тайники находишь? Тут же вроде все дома уже гридни просмотрели.
— Просто у меня нюх на них.
— Мне бы такой нюх.
— Смотри, запоминай расположение и приметы, глядишь и у тебя чуйка заработает. Ты бы пока нашёл пару, тройку телег при конях, не в рука же военную добычи нести.
— Поручу своим, а сам лучше с тобой побуду, вдруг точно чуйка работать начнёт.
Сотник отлучился на пару минут и вскоре вернулся.
— Орлы сами сообразили и уже обоз собирают. А ты всё себе заберёшь или с сотней поделишься?
— На всех поделим. Кровь вместе лили, вот и добычу на всех делить будем.
— Повезло нам с боярином, однако.
— Только это ненадолго. У меня от князя другая задача есть, так что будет у меня уже своя полусотня, с которой я буду её выполнять.
— А, что за задача?
— Нежитью я занимаюсь. Логова ищу и их вырезаю.
— Ух ты, и много вырезал?
— Пока пару, но в каждом по тысячи голов бледных было и ещё их яйца.
— В смысле яйца? Они ж не птицы.
— Верно, но зародыши у них в яйцах, по пять штук в каждом.
— Этак они размножатся быстрее кролов.
— Теперь ты понимаешь какая это угроза для наших людей?
— А если к тебе кто захочет — возьмёшь?
— Возьму. А ты бы пошёл?
— Не знаю. Если с нерусь ратиться, то тут всё знакомо и понятно, а вот с нежитью…
Пока не знаю.
— Тут дело добровольное, но если кто захочет — буду рад.
Город по местным меркам был большой. Целых четыре квартала двух этажных домов. Обойти его получилось только за два дня и парни смогли набить два воза. Правда брали всё, что представляло ценность. От продуктов и посуды, до штор и инструментов. Естественно были и монеты и украшения.
Раздел добычи боярин доверил сотне. Единственное, что выразил пожелание, что ему лучше добычу украшениями и монетами и оно было учтено. Через час сотник принёс ему сумку с долей и Лёня не глядя взял её, пожал руку сотнику и сев на коня отправился домой.
Путь в десять дней по выжженной земле вызвал не лучшие впечатления и преобразование Снегирей вызвало неподдельную радость.
