Супруга встретила мужа выбежав на встречу и спрыгнув с коня Лёня прижал к себе свою половину.
— Я соскучилась.
— Я тоже.
— Как война?
— Багран наш. Твой папа с своей маленькой армией там не плохо устроился, но все селения от нас до границы сожжены. Сколько селян погибло? Сколько полей зарастёт? А у нас, смотрю людей прибавилось.
— Да, беженцы с тех селений, что были сожжены войнами Харена. Пятьдесят пять человек с детьми, в том числе и кузнец, который должен мне доспех и ещё ряд мастеровых. Я уже сделала необходимые закупки продовольствия, материалов и инструментов для налаживания работы мастерских и наняла пару строительных артелей. Правда обещала им кроме денег по харенской сабле.
— Ты всё правильно сделала. Военных трофеев у нас много и мы можем на них прилично заработать.
— Каратабан?
— Именно.
— Но это всё может подождать. Пойдём я покажу тебе как сильно соскучилась.
— Я тоже тебе кое-что задолжал.
Не смотря на заткнутую у потолка вентиляцию в доме было уже прохладно, но Василиса обложила большим количеством природного камня тепловые кирпичи и сразу подала на них энергию.
— Весь день бегаю туда-сюда вот дом и выстудился. Кушать будешь?
— С удовольствием. Деревни сожжены и приходилось по пути охотится на мелкую дичь и питаться только жаренным на костре мясом, да и то только раз в день.
— Я тогда сейчас сбегаю, что-нибудь принесу, а ты пока последи за отоплением.
Лёня тоже вышел на улицу и посмотрел на большой людской муравейник, отмечая, что рядом с его мазанкой оставлен довольно большой участок земли. На будущий год нужно увеличивать площади пахотных земель и хорошо, что со стороны Харена ещё не скоро захотят сунуться к ним после поражения этого года и проход через Багран надёжно запечатан.
Василиса бегала на кухню, а он достал из седельных сумок его долю трофеев, положил сумку на ложе.
Василиса вернулась не одна, а с парой девчушек, которых Лёня видел впервые. Расставив еду на столе девочки ушли, а Василиса присела рядом с мужем.
— Мы забрали всю одежду из схронов нежити. Ни у кого с собой не было тёплых вещей.
— Мне тут военной добычи перепало, в сумке лежит, захочешь — посмотри.
— Деньги?
— И деньги тоже.
— Это хорошо. Денег уходит много и я с благодарностью вспоминаю твоих сестёр.
Василиса высыпала из сумки трофеи мужа и посмотрев на них просто сказала.
— Пару вот этих украшений можно подарить маме, а остальные продать.
— Не ужели ничего не приглянулось?
— По сравнению с подарком твоих сестёр — это как речная галька перед драгоценным алмазом.
— А если дочь родишь?
— Хорошо, для дочки отложу.
— А если не одну?
— Ты хочешь подарить мне много детей?
— А, что нам мешает? Мы молоды, полны сил и здоровы.
— Убедил. Буду рожать от тебя много и часто. Ты же сможешь меня подлечить ежели что?
— Уже смогу. Когда в столицу поедем?
— Давай после завтра. Завтрашний день у меня на тебя планы, а после завтра вполне сможем съездить.
— Какие планы?
— Сейчас покажу.
Лог сумел сохранить все трофеи переправив их в схрон, в котором прятались женщины. В посёлке оставил всего две сотни комплектов и выбрал самые дорогие клинки отдельно для боярина. Вот их то Лёня с собой и решил взять.
Шесть клинков каратабан. Жена настояла, чтоб они все были переделаны именно в него.
— Что не возьмут в лавках отнесём дяде. Хоть сколько то денег ещё перепадёт. Вообще Харенцы нас здорово в плане оружия выручили.
— Ты ещё скажи, что и землю удобрить помогли. Хотя это действительно плюс при таком жирном минусе. Но по любому оружие есть оружие.
— Лёнь, а ты не научился такие окна делать, что Сойка нам тогда в пути открывала?
— Ват я балбес.
— Ты чего?
— Да мог из Баграда домой сразу попасть, а вместо этого пришлось десять дней задницей седло полировать. Сейчас коням глаза завяжу и прыгнем порталом.
Все клинки забрали сразу в одной лавке по восемьсот монет за каждый. Правда деньги пришлось ожидать три дня, но за то погостили у мамы Василисы и заехали к столичному купцу Гамаюну, с которым у рода Озёрных были крепкие деловые связи.
Василиса так прониклась взаимозависимостью сословий, что набрала товаров для Снегирей на восемьсот пятьдесят монет золотом вместе с доставкой. Кожи, меха, ткани, медная посуда, по десятку коров, коз и баранов, пять коней с возами и сено на них, железо для кузнеца, новое изобретение — мотыги, аж пол сотни штук, веревки, гвозди, бочки, серпы, смолу, пеньку. Рассчитаться договорились сотней Харенских доспехов и оружием. В общем очень выгодно с точки зрения Леонида, да и сам Матвей Гамаюн был весьма доволен, поскольку сопровождение его караванов всегда требовало защиты из-за дальности дорог, а торговал он и с другими странами.
Коня, что дал тесть, оставили в конюшне дома боярина, и купили Лёне нового верхового серой масти, которого назвали Серко.
Вернулись в Снегири сразу после получения полной оплаты за клинки. В деревне его дожидались двенадцать гридней из его бывшей сотни.
— Боярин, возьми нас к себе в дружину с нежитью бороться.
— Возьму, почему не взять. Какое жалование хотите?
— В дружине платили два золотых в год плюс еда и оружие.
