Проходили дни. Болгары рубили лес, готовя позиции для артиллерии, рыли окопы и принимали бесконечное количество обозов. Испытательный полк маялся бездельем. Новых приказов не поступало, и вестей от Александра Ивановича тоже не наблюдалось. Погода, так долго мучившая ливнями и ветрами, здесь, перед Царьградом, наладилась, и ласковое солнце пригревало почти по-летнему.
Очередной день подходил к концу. Либа смеялась, гуляя с Серёгой по округе. Ей было хорошо. Словно они вдвоем поехали на отдых. Даже неказистые бытовые условия не могли испортить её настроение. Уже около шестнадцати часов, прямиком из штаба 3-й армии, в Испытательный полк прислали парочку волонтёров. Один из них, постарше, воевал в Русско-Японской, и оказался вполне толковым. Второй, в военном мундире не по размеру, глядел на винтовку так, словно видел её впервые в жизни. Он двигался как-то неуклюже, напоминая Минусу пингвина, но этот странный паренёк протянул Серёге якобы конверт с рекомендациями, и тот всё понял. Александр Иванович прислал письмо.
Мало того, что задание имелось хуже не придумаешь, но ещё и времени оказалось в обрез. Генерал Саввов едет из Лозенграда с приказом завтра атаковать позиции. Он не должен добраться в штаб 3-й армии сегодня. Он совсем не должен добраться к войскам и тем более, остаться в живых. Чёрный «бенц» и трое сопровождающих. Вот и весь эскорт. От них нужно избавиться. Минус задумался. Выполнить это окажется совсем непросто.
— Ты чего загрустил? — Либа толкнула его рукой. — Что там за рекомендации такие?
— Те, что и ожидал. Всё в порядке.
По горным дорогам на броневике не разъездишься и потому Минус взял эвакуационный грузовик. За руль он сел самостоятельно, Либа разместилась в кабине. Азаренко и Костюченко в кузов, якобы охрана. Ершов, ставший после гибели Сытникова, полковым адъютантом, решил, что девушка уговорила командира съездить в ближайший посёлок. Ведь здесь, на позициях, откровенно скучно.
«Берлие» медленно двинулся в сторону Странджи. Ближе неё работать было опасно. Повсюду позиции и часовые. В посёлке Минус купил вина у пожилого грека, хозяина таверны, и повернул обратно. Примерно в двух километрах от Странджи, дорога делала поворот, и вот на этом повороте остановился эвакуационный грузовик с красным крестом на борту.
Четыре «маузеровских» карабина достали из свёртка в кузове. На этой дороге движение останавливалось с приходом темноты, потому не стоило ожидать повозок. «Бенц» генерала должен пройти здесь. Другого удобного пути к штабу 3-й армии нет.
Все четверо заняли позиции по правую сторону дороги и вслушивались в тишину. Азаренко был совершенно спокоен. Своему командиру он доверял во всём. Если нужно устранить кого-то, значит так надо. Он вообще не был склонен к излишним раздумьям. Хотя, если бы знал, кого именно они собираются убить, то вряд ли бы лежал так спокойно.
Костюченко напротив, командиру не доверял. Ещё при поступлении в полк, когда Олег впервые столкнулся с К6, то сразу опознал оружие, виденное на Виноградной улице. Костюченко подозревал и ранее, что парень, убивший столько полицейских, и комбат второго батальона — это один и тот же человек. А теперь, после приезда странной девушки, развеялись последние сомнения. Но что-либо предпринимать Костюченко не собирался. Он хотел дослужить контракт и спокойно покинуть Испытательный полк. А может быть и нет… Ведь жалование его устраивало. Олег Васильевич никак не мог определиться.
Либа, нахмурившись, глядела вперёд. Она считала, что не стоило брать с собой солдат, но Минус её не послушал. Сейчас, ожидая генеральский «бенц», она сердилась на Серёгу.
Прошло несколько часов и наконец донёсся звук мотора. Вернее, моторов… Минус хорошо разобрал, что едут два автомобиля. Точно, два!
— Готовьсь! — негромко проговорил он. — Огонь по моей команде!
Лунный свет падал на узкую полосу дороги. Грузовик почти перегораживал её. «Бенцу» в любом случае придётся остановиться. Вот из-за поворота вынырнул «бенц», сверкая фарами, и резко затормозил. Водитель второго автомобиля, не будучи столь расторопным, зазевался и влетел в зад впереди идущему.
— Кое прасе го е оставило тук⁈ Проклет глупак! — зычный голос едва не заглушил скрежет металла.
Теперь Минус понял, откуда взялся второй автомобиль. На выезде из Лозенграда стоял брошенный открытый «рено». Очевидно, генерал решил прихватить трофей. Всё верно. Людей только четверо.
Ругаясь, болгары двинулись к грузовику. Минус отдал команду:
— Огонь!
Сразу четыре карабина нашли свои цели, но не оговорив мишени заранее, произошла неувязка. Двое из болгар получили по паре пуль, в том числе и сам генерал, а двое других остались невредимы. Но им это не помогло. Один из них, молодой водитель «рено», растерянно уставился на упавших. Второй рванул кобуру, но без толку. Ещё залп карабинов смел его с дороги.
Каждый из упавших был дострелен в голову и грузовик тронулся с места. Карабины забрали с собой.
Либа, трясясь на сиденье, недовольно проговорила:
— Вот возьмут и предадут тебя! Ты об этом не думал?
