— Машина? — повторяю я, все еще не веря. — Бред какой-то. За «пассат» так не избивают.
Франклин пожимает плечами и снова морщится.
— Черт, — стонет он. — До сих пор болит. Надо запомнить, что нельзя ими шевелить. — Он поудобнее устраивается на кровати. — Вышел я на улицу, позвонил в службу спасения из таксофона и еле стоял, опираясь на телефонную будку, пока не приехала скорая. Даже не помню, как меня везли до больницы. Очнулся в постели, рядом сидит детектив. И швы уже на мне.
Эти слова напоминают мне о том, что медсестры с обезболивающими до сих пор нет, и я еще раз нажимаю на кнопку вызова. Уверена, эта штука ни к чему не подключена. Этакая извращенная проверка эффекта плацебо: станет ли человеку лучше, если он будет думать, что скоро придет медсестра.
— Видимо, из полиции позвонили на «Третий канал», — говорю я. — Наверное, нашли у тебя удостоверение. Так ты думаешь, тем типам просто нужна была твоя машина? — Задумчиво почесываю голову. — Это и в самом деле не имеет смысла.
— Ага, согласен, — отзывается Франклин. — Но тогда к чему все это?
Слышу, как за спиной открывается дверь. Резко встаю и оборачиваюсь, чтобы посмотреть, кто пришел. Все никак не могу прийти в себя после нападения на Франклина, вот и нервничаю.
Но в палату заходит Бэтти Крокер, и у меня слегка отлегает от сердца. Имя написано у нее на беджике. Сестра Крокер, с седыми кудрявыми волосами под белым чепцом, в белых форменных туфлях на толстой подошве, держит в руке гофрированный картонный стаканчик с лекарствами. Она смотрит на Франклина как бабушка, которая души не чает в поранившемся внучке.
— Вот, золотко мое, — ласково приговаривает пожилая дама. — Выпей их, и полегчает. — Поправив Франклину подушки, медсестра оборачивается ко мне. — О, здравствуйте, дорогая, — улыбается она. — Вы его… — Она умолкает на полуслове, округлив глаза и сложив губы трубочкой. — Бог мой, да это же Чарли Макнэлли! — восклицает она, указывая на меня. — С телевидения? Я вас каждый день смотрю!
— Очень мило с вашей стороны, — отвечаю я, пожимая ее руку. — Спасибо, что ухаживаете за Франклином, он у нас молодчина. Мы очень ценим вашу заботу.
Старушка, заливаясь краской, поправляет одеяло Франклина и предлагает ему воды.
— Ну что вы, даже не берите в голову, — говорит медсестра, а спустя мгновение поднимает на меня озадаченный взгляд. — Ой, батюшки! — восклицает она. — Совсем забыла. Вот ведь, разволновалась.
— Забыли о чем? — спрашиваю я.
— Да о полиции, дорогая, — отвечает она.
Мы все оборачиваемся на стук о дверной косяк. Это вернулась офицер Маккаррон — в компании, должно быть, детектива, одетого в штатское. Но даже без формы, в этом мятом рыболовном свитере и коричневой кожаной куртке он просто вылитый коп. Вообще-то, конечно, вполне ничего такой коп, если приглядеться.
Испуганная медсестра поспешно выходит из палаты, но я-то с места не сдвинусь.
— Как поживаете, мистер Пэрриш? — произносит мужчина. — Я детектив Киприани. Джо Киприани.
Франклин приветственно поднимает руку.
— Добрый день, — отвечает он слабым, но дружелюбным тоном. — Нашли что-нибудь новое?
Оба офицера молча смотрят на меня, затем переглядываются. Франклин прерывает их молчаливое, но очевидное для всех совещание.
— Конечно же, вы знаете Чарли Макнэлли, — говорит он. — Все, что вы хотели мне сказать, можете говорить при ней. — Франклин зевает во весь рот, затем трясет головой, отгоняя сон. — Прошу прощения, — добавляет он. — Наверное, лекарства начинают действовать.
Офицер Маккаррон остается в дверях, а детектив Киприани, который с каждой минутой кажется мне все более привлекательным, садится на стул возле меня. Я занимаю прежнее место, пытаясь не обращать внимания на аромат его парфюма, вроде бы «Хьюго Босс», и на золотое обручальное кольцо у него на левой руке. Очевидно, мне дали зеленый свет и можно остаться. Ловлю себя на том, что задаюсь вопросом, счастлив ли в браке детектив К. Мысленно ругаю себя на чем свет стоит. И как можно думать о таком в сложившихся обстоятельствах!
Голос детектива возвращает меня в реальность.
— Дело в том, мистер Пэрриш, — говорит он, — что мы нашли вашу машину.
— Отлично. — Лицо Франклина немного просветляется, но говорит он по-прежнему хрипло и сбивчиво. — Где? Как? Что с моими вещами?
Поерзав на стуле, детектив кладет ногу на ногу.
— В этом-то и дело, — отвечает он. — Мы нашли ее вдали от города, на бесплатной стоянке в Фрамингеме, — продолжает следователь. — Шины, подушки безопасности, двигатель, стереосистема — все свинтили. Багажник пустой.
Франклин оседает в кровати, а коп тем временем добавляет:
— И еще она, как бы это сказать, сгорела.
— Сгорела? — изумленно перебиваю я. — Зачем им понадобилось ее поджигать?
Детектив Киприани смотрит на меня — окидывает взглядом с головы до пят. Не думаю, что мне это кажется. Он все смотрит и смотрит, даже когда я скрещиваю ноги и натягиваю на колени черную юбку-карандаш. Вынимает из кармана куртки блокнот и криво ухмыляется, не отрывая от меня глаз.
