Прах полностью

– Да нет же, понимаешь, – возразил Самаэль. – Я ведь тебя обучил. Я дал тебе героя Ынга. Я дал тебе Гэвина. Ты – моя Галатея.

Если бы ее рот не пересох так из-за маски, Риан бы сплюнула. Она засунула расческу в карман и подумала о том, какую пользу принесут ей освободившиеся руки. Воскрешенная лаборантка неподвижно стояла слева от нее.

– Я не твоя собственность, – сказала Риан.

– Я выковал тебя. – Самаэль потянулся к ней – нежно, но Риан отклонилась, и он опустил руку. – Риан, скажи мне, зачем ангелам нужна Персеваль?

– Я не…

– Не лги мне.

Риан скрестила руки на груди и нахмурилась.

– Вы воюете между собой.

– И так было с тех пор, как закончилась эпоха движения, – признал он. – Когда Исрафил раздробил себя на части, чтобы выжить, многое было утеряно…

– И мир подчинится только законному Капитану. Но как тебе это поможет, если у тебя не хватает мощности процессоров… А!.. Симбионты.

– У нас было время, чтобы увеличить мощность, – сказал он. – Да. Сами колонии содержат в себе достаточно компьютрония, чтобы разместить нас, если мы снова объединимся и станем центральной властью.

– И тот из вас, кто заключил союз с Капитаном, получает преимущество.

Пока она говорила, пока она заставляла Самаэля говорить, герой Ынг шепнул ей на ухо:

Он лжет.

– Это вопрос выживания, – тактично сказал Самаэль. – Или поглощения. Я мечтаю выжить. Не хочу, чтобы меня поглотили. И если ты мне поможешь, я отобью твою сестру у Праха.

Что значит «лжет»?

Симбионты их всех не удержат, – ответил герой Ынг. – На них и воспоминания команды не хватит места.

Значит, они поглотят нас?

Не тебя. Нас. Воспоминания умерших. Представь себе, Риан, что я – человек, который считает, что у него больше прав жить, чем у тебя.

Риан прекрасно могла себе это представить.

– Почему ты надеешься отбить Персеваль, если не можешь победить Праха? – спросила она у Самаэля.

– Я уже дал тебе средства, – ответил он. – Считай это задатком, если угодно.

– Средства?

– Слива с дерева-библиотеки. Она – редкий фрукт, и в ней есть кусок кода, который отнимет у Праха контроль над ее симбионтом. Я с самого начала приберег сливу для тебя, чтобы ты была свободной, моя Риан.

Она отступила бы снова, услышав, как он небрежно распоряжается ею, но упрямства Риан было не занимать.

– Тогда зачем мне ты?

– Чтобы доставить ей фрукт, – сказал он. – Если Персеваль еще не покорилась Праху по доброй воле, есть шанс, что слива освободит из оков рабства.

– Но если он Ангел библиотек, то разве он не должен знать…

– Да, – ответил Самаэль. – Но все когда-нибудь подходит к концу. А я – Ангел смерти.

Он криво улыбнулся, глядя на нее сквозь завесу волос, и сказал:

– Но именно я пришел увидеть твое пробуждение. Здесь нет ни твоего отца, ни твоей матери.

А зачем ему это? Они бросили ее на Аласдера и, недолго думая, ушли, а Аласдер сделал все возможное, чтобы скрыть от Риан ее происхождение.

Но сейчас, когда она познакомилась с несколькими возвышенными, она не считала себя обокраденной из-за того, что ее воспитали как плебейку.

Она вдруг поняла, что Самаэль все еще смотрит на нее и ждет ответа. Встать ли на защиту Бенедика и Арианрод – с которыми она едва знакома – или осудить их?

Риан вытерла ладони о бедра и выкинула из головы эту мысль. Всю жизнь обходилась без чьего-то покровительства, и сейчас оно ей тоже было не нужно, особенно покровительство Самаэля.

А затем он сказал:

– Ты же знаешь, что они хотят просто тебя использовать – так же, как они использовали Персеваль.

И его тон – полный надежды, легкий, неискренний – стал сигналом, который пробудил в Риан злые мысли. Мелкими шажками она быстро подошла к нему; пол обжигал ее босые, размякшие от жидкости ноги.

– И ты – тот самый ангел, который отравил нас?

– Отравил вас?

– Отравил Персеваль, – сказала она. – Вирусом гриппа. А потом устроил так, чтобы она попала в плен к Ариан.

Его лицо засветилось от улыбки.

– Если это так, – сказал он, – то почему ты думаешь, что я бы столь легко в этом признался?

Они проникли друг в друга.

Персеваль едва успела понять, что Крыло окутывает ее, вытягивая ее из тела в причудливые узоры тени и света крыльев-паразитов, а затем она стала столь же свободной от тела, как и демон, которого кто-то изверг из себя в ходе экзорцизма. Она представила себе, как ее сознание всплывает вверх по глотке и вылетает на выдохе в виде облака освещенных солнцем частиц, которое летит вокруг ангела и погружается в него.