Изредка Маленков станет навещать Молотова. Тот летом 1984 года дважды в своих диктовках Ф. Чуеву вспомнит о двух таких визитах в начале 1980-х, с некоторым сожалением летом 1986-го он скажет: «А Маленков давно не объявлялся… Маленков давно не приходит… Наверное, он считает, что я виноват в том, что их исключили…»63 Свою вину Молотов усмотрит в том, что каждый год посылал в ЦК одно-два письма с критикой «их» («хрущевского» руководства) политики. «Последнее – с критикой Программы партии, которую считаю фальшивой, антиленинской, – скажет Молотов. – Хрущев поднял этот вопрос, и меня исключили из партии. А Маленков и другие ничего об этих письмах не знали, жили себе. Но одного меня из партии исключать неудобно – нужна “антипартийная” группа, исключили четверых»64.
Сам Молотов в отношениях с Маленковым будет держать дистанцию. «В отношениях Молотова с Маленковым и Кагановичем соблюдалась прежняя субординация», – зафиксирует Чуев.
«Вы не звонили Маленкову? – спросил я», – будет вспоминать Чуев.
«Чего это я буду звонить? Обычно они мне всегда звонили!» – ответил Молотов65.
Приход во власть каждого нового генсека будет возбуждать у Маленкова надежду вернуть себе членский партийный билет.
А Ю. В. Андропов, кроме того, получит от Маленкова ни много ни мало – проект постановления ЦК КПСС «О мерах по защите организма человека и повышении его устойчивости». Проектом предусматривались принятие программы «Защита организма» и рассылка закрытого письма ЦК партийным организациям. Своей целью Маленков ставил «решить задачу по созданию мобилизационных средств повышения устойчивости организма человека при действии поражающих факторов»66. По воспоминаниям А.Г. Маленкова, у его отца с Андроповым случится телефонный разговор по этому вопросу. Андропов во время разговора, состоявшегося в присутствии младшего Маленкова, проявит интерес и пообещает присылать за материалами своего помощника Шарапова. Младший Маленков привлечет к этой работе нескольких своих друзей – «выдающихся ученых». И только смерть Андропова, по его мнению, не позволит реализовать эту программу в полном объеме67. В чем заключалась программа, что именно удалось в ее рамках сделать, – на эти вопросы оставим возможность поискать ответа тем, кто считает затронутую тему важной и актуальной.
В воспоминаниях сына обращает внимание на себя важный нюанс. Маленков во время упомянутого телефонного разговора обращается к Андропову по имени – Юрий, ответное обращение будет таким же. Именно благодаря Андропову, согласно воспоминаниям Андрея, старший Маленков в 1980 году получит двухкомнатную квартиру на Фрунзенской улице. А до этого он с женой жил в двухкомнатной кооперативной квартире энергетического института на 2-й Синичкиной улице68.
Дела квартирные и бытовые не занимали полностью время отставного «вождя». Маленков решит заняться теоретическими проблемами разного рода. Между тем, по свидетельству знавших Маленкова советских партийных деятелей, в годы своей практической работы он никогда не интересовался вопросами теории.
«Маленков порядочный, безусловно, – выскажется однажды Молотов. – Но, к сожалению… мало теоретически подготовлен… разбираться в вопросах экономических, политических более глубоко и критически не может, по-моему»69. Аналогичное высказывание Сталина о Маленкове приведет помощник вождя А. Н. Поскребышев. «Характеризуя Маленкова, Сталин хвалил его как практического работника, исполнителя любых поручений, но указывал, что в области теоретических партийных познаний он очень и очень слаб, и заставлял его изучать теорию марксизма-ленинизма», – запишет Поскребышев в 1959 году отзыв своего бывшего Хозяина70.
Стремясь утолить проснувшуюся на старости лет жажду знаний, Маленков бросится с головой в омут интеллектуальных занятий.
Молотов будет вспоминать, как во время одной из редких встреч он поинтересуется:
«Ты каким-нибудь вопросом занимаешься, изучаешь? Намерен какой-нибудь вопрос развить?
Ответил: “Да, я занимаюсь”.
– Каким?
– Империализмом».
«Я так понял, – продолжит Молотов скептически, – что он занимается международными отношениями, борьбой с империализмом… Языков не знает – империализмом… Империализм без языков – очень сложная тема… Толком не поговорили. Я так ничего и не понял»71.
Маленков оставит после себя целый ряд конспектов ленинского наследия по разным темам. Например, такие: «В.И. Ленин о выхолащивании, буржуазией и оппортунистами совместно, содержания революционного учения, о притуплении его революционного острия, об опошлении его»; «В.И. Ленин о признании ошибок и их добросовестном исправлении»; «Из высказываний В. И. Ленина о признании ошибок. О критике».
