Ну а как ещё могло быть иначе после вчерашнего грандиозного свершения?.. И дело даже не в системных бонусах за ту невероятную победу (хотя и они, безусловно, внесли в сегодняшний успех какую-то лепту). Гораздо важней оказался психологический аспект от грандиозного свершения. Открывший, во-первых, реальную практическую ценность тренируемых здесь навыков, до седьмого пота отрабатывавшихся ежеутренне на весьма специфических тренажерах Хозяина. А, во-вторых, прививший непоколебимую веру в себя, успешно продемонстрировавшего во вчерашнем рейде такой запредельный уровень подготовки, с котором просто невозможно стало облажаться следующим утром на относительно безобидных тренажерах.
А начиналось вчера все вполне обыденно…
Переместившись, с позволения Хозяина, зеркальным порталом под вечный полдень теневой параллели, я снова на удачу рыскал по доступному ее фрагменту, надеясь по Навигатору засечь стаю пришлых высокоуровневых тварей. Имея, разумеется, на крайняк гораздо менее аппетитный, но куда как более доступный, план Б: валить без разбора всех низкоуровневых ублюдков, пока что благополучно улепетывающих с моего пути из-за скрывающей настоящее тело иллюзорной личины живоглота — творения активированного теневого навыка «Чужая маска». Отмена маскировки, мгновенно превращала меня из грозного теневого охотника в лакомую добычу, после чего низкоуровневые твари сами б охотно атаковали меня. Однако выхлоп от массового убийства бестий и царусов (практически столь же энергозатратного, как схватка со стаей живоглотов) выходил просто смешной, он едва окупал стоимость расходников, потому и откладывался напоследок, на случай незадавшейся охоты.
Но на этот раз подходящая цель обозначилась в сканируемой Навигатором округе довольно быстро — буквально на второй десятиминутке активного поиска. Ну как цель?.. Вообще-то, первоначальным моим порывом, при появлении на карте Навигатора «чернильной кляксы» бякаша, было разворачиваться и со всех ног улепетывать куда подальше. Даже схематическое изображение этой здоровенной твари в десятки раз превосходило багровые точки бестий и царусов, и зеленую — меня. Согласитесь, было от чего запаниковать.
Однако наличие в расширителе аж десятка расходников, заточенных на формирование временных петель, делало меня условно неубиваемым на энное количество попыток «дернуть за ус» монструозную (и абсолютно непобедимую, по словам розоволосой красотки Линды, нашими боевыми навыками) потустороннюю тварь. И я решил пустить девять расходников на безумную авантюру охоты на бякиша, чтобы, в случае неудачи, бесславно сбежать от запредельно крутой твари с помощью последнего десятого зеркальца.
Определившись с целью атаки, я тут же использовал первый расходник, запустив в его отражении с текущего безопасного места на пустынной звериной тропке параллельно временную петлю. И спрятав спасительное зеркальце в огнеупорный футляр на плече, уже гораздо уверенней зашагал навстречу судьбе.
Идти на сближение с бякишем (так же вскоре почуявшего мое присутствие неподалеку и охотно засеменившего навстречу) пришлось не долго. Мы встретились на пятидесятиметровой относительно просторной розовой полянке, на которую практически одновременно выбрались из зарослей белесой колючки с разных сторон. Я со своего края ловко просочился мимо острых колючек, благодаря гибкости и изворотливости не оставив на голой коже ни единой царапины. Бякиш так же одолел препятствие невредимым, но совсем по иным причинам. С другой стороны поляны из основательно поломанного, а местами даже вытоптанного, кустарника выкатилась махина размером с трамвай угольно-черного цвета — эдакая безобразная помесь сколопендры с черепахой, монументальной броне которой острые белые колючки были, как слону дробина.
Одним своим кошмарным внешним видом ломящийся сквозь дальние кусты противник нагнал на меня такой жути, что вскинутая навстречу правая рука, с активированным ледяным иглометом, затряслась, как осиновый лист. Когда же после активации стазиса Настройщика вдруг выяснилось, что жуткая черная гора, с торчащими во все стороны здоровенными костяными шипами по бокам, и с огромными, беспрерывно щелкающими жвалами впереди, вовсе не застыла в безвременье (как неизменно происходило с теми же живоглотами), а продолжает, пусть и чрезвычайно медленно, но перебирать многосуставчатыми длинными лапами по замерзшей розовой траве, я и вовсе, позабыв о стрельбе, едва не бросился на утек.
И лишь сгустившийся вокруг собственного тела кисель безвременья, быстро развернуться в котором оказалось попросту невозможно, вынудил, взять себя в руки и начать-таки пулять иглы по наползающему, как в замедленной съемке, бякишу.
