— Угу, — хмыкнул здоровяк. — И надавить даже не вышло. Прикинь, выпендрежник мелкий мне ствол к печени приставил, и говорит: будешь грабли распускать, дядя Митюня, я из этого особо почитаемого тобой органа решето сделаю.
— Понятно. Поладили друг с другом, наконец, вы выходит?
— Ну, типа того.
— А точную дату, когда он на задание это ответственное отправляется, что, тоже тебе не сказал?
— Да, по ходу, сам он тогда еще не в курсах был. Но намекнул, что в ближайшие дни свалить должен точно… Потому, чую, и надымил тут так в этот раз. Торопится дела все поскорей завершить.
— Ладно. Считай убедил. Принимается за рабочую версию.
— И че, вот ради этого ты заставил меня через полгорода сюда, как на пожар, мчаться? — фыркнул здоровяк.
— А чем не пожар? — Артем Борисович снова указал на белесое марево за стеклом.
— Так без огня же.
— Ну, извини. Вот такой сегодня у нас хреновый пожар.
— Очень смешно… Блин, Борисыч, ведь можно ж было по телефону точно так же все спокойно обкашлять.
— А как же антураж? — хитро ухмыльнулся в ответ собеседник. — Как я тебе такое шикарное задымление покажу по телефону?
— Фотографией, блин!
— Не-е. Фотография — это не то. Реализма в ней нет.
— Так, все! Достал ты меня! Еще вопросы ко мне есть?
— Нет.
— Ну, тогда, я погнал по делам.
— Не смею задерживать…
Митюня, не прощаясь, выскочил из «гелика» и, мимоходом отмечая, что белесый смок снаружи за время их беседы уже значительно развеялся, так что дышать стало куда как легче, отбежал на несколько метров назад к своему припаркованному сзади «рендж роверу». Когда он усаживался на водительское сиденье, пробившиеся вдруг сквозь дымку рассветные лучи, словно на заказ, озарили контуры окружающих серых многоэтажек, изгнав остатки ночного сумрака с улицы и окончательно утвердив приход нового дня.
Два массивных внедорожника практически одновременно плавно тронулись, проехали друг за дружкой по пустынной дороге до шумной автострады и, раскатившись там в разные стороны, тут же бесследно растворились в встречных потоках сотен других машин.
Давненько я такого не наблюдал: за спиной стеклянным крошевом на пол осыпалось ростовое настенное зеркало. Для перемещения меня сюда оказался наведен полновесный зеркальный портал, с реальным «якорем» в конечной точке перехода, и сбежать теперь отсюда стандартным скачком через расходник, без помощи специалиста, у меня не было шанса от слова совсем. Отчаянная попытка самостоятельного бегства домой, в лучшем случае, грозила закончиться выбросом хрен знает в какую тьмутаракань на теневой параллели, с крайне неприятным расщеплением тела… Но подобная неприятность не стала для меня новостью. Я знал, на что шел.
Опустевшую раму на стене, с темным прямоугольником на месте осыпавшегося зеркала, окружало затянутое паутиной пыльное пространство, едва освещенное дневным светом через единственное дальнее окошко с грязным, мутным стеклом.
Отвлекая от осмотра давно заброшенного помещения, перед глазами развернулась широченная простыня системного лога:
