Итак, что мы имеем? Целый год на практику убиения себе подобных и прочих агрессивно настроенных существ, полную потерю способностей к магии, и, в конце концов, поломанное ребро, плюс куча синяков на спине! А, забыла упомянуть и незнакомого мужчину с манией величия и сестру — недотёпу, которая своей нерасторопностью теперь виновата в половине моих несчастьев! Как теперь избавиться от этого человека? А- то странное чувство у меня возникает, когда я его вижу — словно он хищник на охоте, впрочем, это ещё посмотреть — кто станет его жертвой — уж не я точно! И кстати, где я оказалась? По виду, похоже на гостиничный номер — слишком уж всё лаконично в нём обставлено — минимум мебели и несвойственная таким местам чистота. Только как в лесу может оказаться гостиница? Ближайшее подобное заведение — только в городе, а до него три дня пути… Это получается я лежала в отключке столько времени и ещё не известно сколько в этой комнате провела? Потихоньку истерика завладевала моим разумом.
— Так, взяла себя в руки — скомандовала я себе.
Итак, первоочередной вопрос, который стоит решить — как избавиться от назойливого внимания этого мужчины и каким образом уговорить сестру вернуться домой, пока та цела и невредима, а то чувствую я — в пути ждёт ещё куча опасностей! Я, наконец, пошевелилась, и стянула с себя одеяло… Вскрик — сначала недоумённый, затем яростный, пронзил пустоту комнаты…
«Бедная, бедная моя сестрёнка! Как угораздило её вляпаться в такие неприятности? Хотя, конечно, отчасти я виновата в них, но всё же? Зачем, глупая полезла меня спасать?» — такие мысли роились в моей голове, словно пчёлы, пока мы с Эдером вытаскивали бесчувственное тело сестрёнки из рушащейся пещеры — точнее это он нёс, я же корила себя как могла. Её рыжие волосы даже в темноте отливали медью, а лицо стало похоже на такое, если бы она переборщила с белилами! Руки Липы бессильно повисли, а тело, казалось, вообще не реагировало на внешние раздражители — мужчину. Знаю я сестрёнку — та ещё самоуверенная эгоистичная ханжа — если бы была в сознании, ни за что не позволила, себя нести на руках — независимая такая! Хотя я бы не отказалась от помощи такого красавчика — длинные тёмные волосы ниспадали на плечи и далеко ниже, точёная фигура, впрочем, без лишних мускулов, а лицо — мечта извращенки — мазохистки! Нет, он конечно по- своему красив, но — слишком у него опасный вид, острые скулы и скорее хищное лицо, нежели мужественное — такой убьёт и не заметит. А Липе такой определённо подойдёт — хоть на место поставит и, наверняка характером посильнее будет. Я невольно вперила внимательный взгляд в спину мужчины, — оценивая и взвешивая его физические показатели.
Липа же у нас такая! Я как- то её спросила после очередной партии женихов, отправленных восвояси — «Кто тебе нужен?» Она тогда пожала плечами, но ответила — «Тот, кто будет физически и по — характеру сильнее». Да уж, найдите ей такого! Как спрашивается, если она фору даст любому наёмному убийце своим владением мечом, бесстрашием и силой магии — да никто в здравом уме к ней за километр не подойдёт. Не говоря уже о том, чтобы по характеру быть сильнее, а ещё она ужасно вспыльчивая и упрямая, — добавила к мысленному портрету сестры, я ещё несколько штрихов. Да и судьба у неё, похоже, такая — куда ни придёт — везде разрушения сеет…
Мои размышления прервал мужчина, незнамо, зачем остановившийся прямо посередине небольшой поляны. Надо же, а я и не заметила, как далеко мы отошли от пещеры!
— Она умирает, — тихо произнёс он.
До меня медленно, но верно начинал доходить смысл его слов. Вместе с ужасом и оцепенением, накатившими на тело, разум, однако, продолжал работать — «Если он так говорит, значит, может её вылечить, но что-то ему нужно».
— Что можно сделать? — хрипло от застрявших в горле слёз спросила я, надеясь на лучшее и уже внутренне готовясь услышать цену.
Мужчина резко повернулся и, сузив глаза почти до щелочек, спросил:
— Я могу её спасти, но ты уверена, что она будет рада этому, ведь цена окажется высокой.
Луна серебрила бледную кожу Липы, а руки всё также безвольно висели, волосы трепал прохладный ветер.
— Сделай всё возможное — долг за неё отдам я. — Тихо проговорила я, не отрывая глаз от сестры.
— Нет, — покачал головой мужчина, — Свой долг она отдаст сама, но разрешение должна дать ты.
Я только кивнула — всё равно, лишь бы она осталась жива… Знаю, что сестра меня потом по головке за своевольничество не погладит, но если есть шанс её спасти, то цена не важна.
