Призрачный свет луны серебрил расположившихся людей на поляне — Эдера, стоящего на коленях и Липу, лежавшую без сознания перед ним. Я как могла вглядывалась в происходящее, но так и не могла понять — что же делает этот незнакомый мужчина? Вдруг тишину ночи прервала тихая, мелодичная музыка — она возникла из ниоткуда, но вместе с ней, я увидела, как с рук мужчины стали стекать серебристые струйки магии. Зрелище определённо завораживало, а музыка казалась такой незнакомой и чужой, но определённо красивой. Серебристое сияние обволакивало Липу и Эдера — в какой-то момент мне показалось, что они соединились в нечто целое, растворившись в этом магическом свете. Всё закончилось так же неожиданно, как и началось…
Более трёх дней, мы добирались до города, старательно обходя широкие дороги. Люди, попавшие в ловушку вместе с циклопами, давно разбежались по домам, благодаря Липу и почему-то меня. Некоторые узнали меня, так как в деревне я не часто, но бывала. Лесорубы пообещали передать отцу, что со мной и с Липой всё в порядке, и мы вернёмся домой сразу, как закончим все дела.
Циклопы — представители, которых оказались в той пещере провожали нас некоторое время, но потом решили вернуться домой — только куда — ведь по — их же рассказам — идти им было некуда. Особенно меня удивило поведение одного из них — Пелагея — всё это время он не отходил от Липы ни на шаг, иногда, я замечала, как циклоп гладит сестру по волосам и плачет. В один из таких моментов я всё же не удержалась и спросила:
— Пелагей, что ты делаешь? — я удивлённо посмотрела на текущие слёзы из единственного глаза циклопа.
— Она пожертвовала своей жизнью ради нас — всхлипнул он.
— Она жива и через некоторое время придёт в себя, — я ободряюще улыбнулась, — Эдер сделал всё возможное.
Циклоп как-то странно на меня посмотрел, потом перевёл взгляд на Эдера, возившегося неподалёку с костром, но ничего не сказал. На следующий день, они покинули нас, а у меня в душе расцвело нехорошее предчувствие…
Почти четыре дня, я тайком наблюдала за поведением незнакомца — сколько я его не вызывала на откровенный разговор — информации так и не получила, он только отмахивался или просто отмалчивался, правда, просветил меня насчёт того, что он вроде как наёмник. В ответ на мой скептический взгляд он только пожал плечами — мол, думай, что хочешь. И я доверила жизнь своей сестры в руки этому человеку? С другой стороны — разве у меня был выбор? Правда, стоит отдать ему должное — он оплатил и гостиницу, и дорогущие снадобья, когда мы приехали в город.
Я сидела внизу гостиницы за небольшим столиком и лениво попивала чай — спрашивается, откуда такое спокойствие? Ведь сестра, который день не приходит в себя? Да не откуда — мне пришлось нацепить на себя маску беспристрастности, иначе, психика просто не выдерживала и грозилась свалиться в затяжную истерику. Эдер часто «дежурил» возле постели сестры, но на мои вопросы «зачем» не отвечал — ну и пусть — решила я, — лишь бы не опускался до чего-нибудь плохого и недостойного! Таверна с утра была пуста, только парочка постояльцев, да я, расположились за небольшими столиками в разных углах. Разносчица принесла дымившиеся блинчики, и я с предвкушением уставилась на них, только не успела и первый взять, так как визг, шедший откуда-то сверху из номеров, заставил меня вздрогнуть. А подозрительно знакомый голос ввёл в ступор — сестра наконец- то очнулась…но почему кричит и, где Эдер? Я, бросив всё, побежала наверх, внутренне холодея — что этот мужчина делает с моей сестрой, что она ТАК кричит? Словно медузу-Горгону увидела… Я без стука ворвалась в комнату…
Я с недоумением уставилась на Ярл — свадебную татуировку на собственном запястье. Ярл — практиковался среди представителей древних рас и магической братии, и представлял собой изящную татуировку, начинающуюся от пальцев левой руки и заканчивающуюся на предплечье. Создавалось такое плетение с участием обоих магов и служило чем-то вроде крепкой связи магических сил людей — если жители, не имеющие дар к магии просто обменивались кольцами, то маги поступали именно так. Дело в том, что магия у нас считается чем-то вроде ещё одной составляющей сущности, наравне с душой и телом, простые люди своими кольцами связывают только тело, мы же, проведя обряд ярла крепко сцепляли три составляющие — тело, душу и магическую силу. Обычно, ярл отменить нельзя… По-этому кто бы это со мной не сделал — поплатится!
В душе роилась целая гамма чувств — от недоумения до холодной ярости. Почему именно ярл? Разве нельзя было поиздеваться как-нибудь по-другому? Ну не хочу я замуж — по крайней-мере так… Да и кому могла ТАК насолить, что этот человек опустился до такого? Женить на себе бесчувственную девушку?
— Что случилось? — Вики влетела в комнату и по широко расширенным глазам сестры, я поняла, что даже она слышала моё маленькое проявление истерики.
— Ты знаешь, что это такое? — я с отвращением показала руку сестре.
Та пожала плечами и уселась на краешек моей кровати.
