— Ну, начнем с того, что у нас тут три, если можно так выразиться, поколения педагогов. Первое — самое древнее, оно осталось наследством от дедушки нынешнего монарха. К нему относится Блажена, милая в общем‑то старушка, но к нему относятся и значительно менее симпатичные персонажи. Например Божидар, с кем ты сегодня танцевала. Этих легко отличить: у них местные имена и относительно низкая квалификация. Стандартные заклинания, стандартные зелья, ничего нового, в той же Элидиане это курс начальной магической школы, а не университета. В Шимассе таких школ нет, есть что‑то вроде курсов для начинающих магов и отдельно для ведьм. Там их учат справляться с собственным даром, избегать жертв и разрушений, это все.
— То есть, здешние шесть лет — это даже не первые шесть курсов Элидианского университета?
— Точно подмечено. Выпускники местной школы до реформ короля Ставра были где‑то на уровне элидианских абитуриентов. Сейчас ситуация улучшилась, но ненамного.
Тут он внезапно протянул руку и жестом целителя дотронулся до моей кисти.
— Согрелась? Ну и отлично. Сейчас еще чаю с медом, чтобы спалось хорошо, и я тебя провожу.
— Зачем? — искренне изумилась я, — три локтя по коридору я как‑нибудь и сама преодолею.
— Марта, я просто подстрахую. Проверю, чтобы снаружи никого не было. Никто не должен видеть, что ты выходишь из моих комнат, чтобы не пришлось опровергать сплетни. Твоя репутация должна быть безупречной, ведь это репутация нашего ректората.
Вот он обо мне заботится, а мне уже стукнуть его хочется. Пусть бы лучше скомпрометировал, чем так… Знаю, утром я буду ему благодарна за заботу, но сейчас мне обидно. Он ясно дал мне понять, что не видит во мне женщину. Собака страшная! Снова захотелось заплакать, но тут передо мной снова появилась та же фаянсовая кружка, на этот раз наполненная чаем с медом.
Я вцепилась в нее как утопающий в спасательный круг.
— Пей, Марта, тебе полезно. Так вот. Старые преподаватели — зло, но нестрашное. Они потихоньку уходят. Кто по возрасту, кто не выдерживает новых требований… А вот преподаватели, приглашенные в свое время королем Ставром — это беда. В принципе все они достаточно квалифицированные, но при этом приносят больше вреда, чем пользы. Из них наиболее конструктивным элементом является Лаура. Она целитель и все ее интересы лежат в этой области. Мечтает о большом госпитале в Сармионе, где бы студенты могли практиковаться, и своего добьется. Кстати, она здесь дольше всех из приглашенных. Еще Горана принимала. В смысле роды у его матери, королевы Клелии. Гаспар тоже нормальный мужик, но он принадлежит скорее армии, чем Школе. В здешние интриги не вмешивается и ими не интересуется, если они не затрагивают подготовку боевых магов. Да, Лаура и Гаспар прибыли из Кортала. Остальные — выходцы либо из Элидианского университета, либо из Мангрской академии. Мы с Риком и Асти, как ты знаешь, учились в Элидиане, потому что в нашей стране полноценного магического образования не существует. У вас в Лиатине тоже.
— У нас открыли факультет, — запротестовала я.
— Давай не будем. Ты же сама понимаешь, что пока это фикция. На самом деле даже здесь, в Шимассе, положение лучше.
С этим, как ни прискорбно, я не могла не согласиться. Из Лиатина даже Лоренцо сбежал.
— Ну так вот. Вторую волну возглавляет Гесперий, но он, как я уже говорил, теневой король. Ты еще не сталкивалась с Либерием. А вот он у нас крикун номер один.
Либерий? Как же, как же… боевой факультет, щиты и отражатели. Нестарый еще маг, крупный, как Гаспар, только тот сложен как бог, а этот какой‑то квадратно — гнездовой. Башка на том параллелепипеде, который по ошибке считается его телом, выглядит чем‑то чужеродным, изначально ему не присущим, вроде вазочки на шкафу. Просто поставили и забыли.
— За что они борются?
— За то чтобы сладко есть, богато жить и ничего не делать.
Ха, это я уже давно заметила.
— И это все?
— В принципе да. Когда Горан привлек нас с Риком и других, кто уже нас покинул, мы горели энтузиазмом. Хотели горы свернуть. Как же, такое широкое поле деятельности! А сидевшая здесь камарилья готова была костьми лечь, чтобы ничего не менялось. И за два года они разогнали большую часть тех, кто готов был честно работать. Когда ты к нам пришла впервые, мы как раз обсуждали, плюнуть и уехать или все же попытаться что‑то сделать, начать сначала во второй раз. Решили не сдаваться, чтобы потом не чувствовать себя побитыми собаками. И кем побитыми?! Полными ничтожествами, жадными и ленивыми.
Я допила чашку и Конрад тут же налил еще. Не стала отказываться: от чая с медом по телу разливалась истома, становилось тепло, уютно и не хотелось вставать с места. А он все говорил:
— Сейчас я понимаю: нам не хватало структуры. Нужны были работающие механизмы, чтобы заставлять хорошо работать всех преподавателей, отсеивать неэффективных, поощрять лучших и так далее. Маги вообще в этом не разбираются, они на свою силу уповают. Заклинание кинул — и все проблемы решены. Поэтому Рик за тебя так и ухватился.
Рик за меня ухватился, это я поняла. А он сам?
— А вы?
