— Приве-е-е-е-ет, Ируша-а! — на меня кинулось мое ванильное чудо-юдо, то бишь Лиля. Я тут же почувствовала сладкий запах ее духов и мягкую ткань теплой розовой кофточки.
— Привет… — выдавила я, пытаясь найти доступ к кислороду. Подруга, так же резко, как и кинулась, отпустила меня и встала на коленки на скамью предпоследнего ряда, опираясь на наш с Новиковым стол. Боже, сколько невинности и наивности в ее голове! Любой обернувшийся начал бы глазеть на ее коротенькую юбочку. Точнее, на то, что под ней. Ну, там, впрочем, теплые колготки… Но все равно! Я хотела попросить ее сесть нормально, но пока что забыла, как вообще нужно разговаривать.
Лиля улыбалась, глядя на меня. Переводила взгляд на Новикова, хлопала глазами, а потом вопросительно смотрела на меня. Тот лишь довольно улыбался, ни на секунду не ощущая себя лишним.
— Как вчера погуляла? — спросила она меня, решив не обращать внимания на сидевшего не к месту одногруппника.
— О, просто прекрасно, — ответил за меня тот самый одногруппник. Лиля снова неловко улыбнулась ему, не понимая, почему он, собственно, сидит тут, со мной. — Много всего произошло… — многозначительно протянул он, глянув на меня с немым вопросом: «Так ты согласна?»
— Кхм, — кашлянула Лиля и вновь перевела тему, подняв руки вверх. — А кто самая лучшая подруга на свете?
Протараторила она быстро, что я еле поняла, о чем она вообще.
— Спанч Боб Сквер пэнтс?.. — недоуменно предположила я. Новиков прыснул от смеха, а Лиля нахмурилась.
— Нет. Я! Лиля Шишкина!
— А, точно… — Я пока что слабо въезжала, что вообще творится.
— А почему я самая лучшая подруга на свете?
— …?
— Та-дам! — Она достала из небольшой, перекинутой через плечо сумки тетрадь и протянула ее мне. Простая тетрадь бежевого цвета, без каких-либо рисунков. — Видишь, какая я хорошая? Я позаботилась о том, чтобы ты смогла восстановить пропущенную лекцию по ТПМ!
Только я хотела напомнить своей дорогой подруге, что ее почерк я все равно не разобрала бы, как поняла, что тетрадь без всяких котят, щенят и других зверят не может быть тетрадью Лили.
— Ух, долго пришлось уговаривать ее и первой просить, вперед всех! Специально для тебя. Это тетрадь самой Нади Кондратьевой! — победоносно заявила Лиля. — А ты сама понимаешь, что к ней не пробиться.
Надя Кондратьева — девушка-ангел с первой группы на нашем потоке. Прилежная студентка, добрая и отзывчивая. Этакая мать Тереза: все для других и ничего для себя. Иногда кажется, что она не умеет отказывать и что у нее нет собственного мнения. Выглядит бледновато и часто ходит с каким-то страдающим видом. Может быть, мне так только кажется. Вообще, многие считают ее поистине красивой. Не знаю, мне все равно. Но учится она и вправду хорошо, успевая при этом заниматься творчеством и другими делами.
Достать ее тетрадь, пожалуй, поступок, действительно достойный восхищения.
— Спасибо, Лиля. — Я правда была растрогана. Подруга гордо задрала подбородок и улыбалась, зажмурившись. — Правда… так… мило с твоей стороны. Вовсе не стоило, и…
Я, кажется, даже покраснела. Не знаю, почему Лиля со мной возится. С первого дня после поступления она бегала за мной хвостиком, рассказывала что-то из жизни, спрашивала мое мнение на происходящее вокруг. Я не люблю приставучих людей, но в какой-то момент поймала себя на мысли, что уже привыкла к этому ванильному чуду. И… мы стали помогать друг другу, порой вместе делали домашние задания, ходили в кино. Я редко завожу друзей и практически не помню, как я сдружилась со своими друзьями детства. С Лилей тоже вышло все в какой-то непонятный момент, когда мне вдруг не хватило ее таратора и звонкого смеха рядом, когда по пути из универа на остановку не приходилось замедлять шаг, чтобы она успела догнать…
Не знаю, почему она с первого дня стала бегать за мной. И помогать мне. И волноваться за меня. Но я ей очень благодарна за все.
Я и забыла, что рядом сидел Новиков. Неловко глянув на него, я жутко покраснела: он смотрел так заинтересованно и серьезно, что не по себе стало. Тем более наверняка на моем лице была несвойственная мне романтичная мягкость. Я ценю дружбу с Лилей, но ненавижу себя, когда впадаю в сопливые размышления. Особенно если кто-то чужой видит меня при этом.
— А кстати! — хлопнула Лиля в ладоши. — Ты просила напомнить тебе дату выхода “Синистера-два”! Это сегодня!
Да что ж за день-то такой! Я чуть не упала со стула! Совсем забыла! Сколько неожиданностей за один день! А ведь он только начался!
Мое лицо наверняка приобрело не самую привлекательную форму. Я бы сравнила это с плавлением, представляя, как моя кожа медленно стягивается вниз.
— О, я тоже хотел на него сходить, — подал голос Новиков, сев ко мне поближе, чем тут же заставил меня содрогнутья и перестать “плавиться”. Лиля вновь недоуменно похлопала глазками. — Пойдем вместе, милая? — он приобнял меня за плечо — волосы встали дыбом, и по телу пробежались мурашки.
— Хе-е… — издала подобие смешка Лиля. — Я, конечно, не люблю ужасы и отказываюсь ходить на них, но если тебе так сильно нужна компания, Ир…
