Из материалов ЦРУ на эту тему, ставших достоянием гласности, привлекает внимание один тезис: «Добиться такой степени контроля над человеком, когда он будет исполнять наши приказания против своей воли и даже вопреки инстинкту самосохранения». Данную формулировку в свое время подтвердил скандал вокруг венгерского кардинала Йозефа Минсенети, сознавшегося в предательстве, которого не было. Алиби кардинала смогли доказать только эксперты, объективно и беспристрастно оценившие кинодокументы, относящиеся к делу. Они пришли к неустойчивому, но и недоказуемому выводу, что кардинал мог совершать поступки под влиянием психопрограммирующих методов. То есть выходит, что святой отец был в состоянии гипноза. Но тогда получается, что за ним по пятам ходил человек, поддерживающий алогичность его суждений: измена ведь совершается не в одночасье, человек с устойчивыми мнениями (тем более священнослужитель) приходит к преступному порогу не сразу. А, как мы упоминали, столь длительный гипноз невозможен.
Но тогда получается, что кардинал пошел на акт психовоздействия сознательно, стараясь разрушить в себе религиозный психобарьер, разрушить страх за Иудин грех и обрести уверенность в верности поступков, оцененных законом и общественной моралью как предательство. Такой вариант, скорее всего, логически возможен, но маловероятен. Маловероятен потому, что мы забыли о звании этого священнослужителя — кардинал. То есть к этой ступеньке религиозной иерархии он шел много лет, и кого попало Ватикан кардиналами не утверждает: о кардиналах слишком много знает окружение Папы Римского. Стало быть, кардинал Иозеф Минсенети был человеком с устойчивой психикой верующего, которую разрушить или переориентировать на 180 градусов почти невозможно. В противном случае, выполняя приказы против своей воли, Минсенети в своем духовном борении выглядел бы странно перед своим непосредственным окружением — появилась бы неадекватная реакция в беседах, в оценке ситуации, где решение зависело именно от него. Если именно это обнаружили эксперты при просмотре киноматериалов, то тогда они правы. Но ведь и сами эксперты — тоже люди со своими убеждениями, житейскими пристрастиями, и, наконец, они тоже зависимы от того, кто им платит.
В таком случае заключение о подчинении кардинала чужой воле вызвано негласным приказом власть имущих не допустить дальнейшего раздутия скандала, задевающего интересы и авторитет церкви. Что касается интересов противоборства разных конфессий христианства, то известно немало преподанных без замутнения голых фактов, когда католические священники участвовали в шпионско-диверсионной деятельности против СССР. Имеется в виду присоединение Западной Украины к СССР накануне Великой Отечественной. Не менее предательски поступали и православные служители культа, из страха перед НКВД доносившие на своих прихожан.
Таким образом, мы невольно приходим к справедливому выводу: когда церковь отлучена от государства или подчинена ему, священнослужитель вынужден покоряться политической ситуации, а не религиозным убеждениям. Свои убеждения он не таит в силу сана, но подчиняется физической силе из страха перед мучениями в тайных подвалах спецслужб. В такой логической рогатине — либо с нами, либо против нас, которую ставили не только коммунисты, устоять и пожертвовать собой ради мог далеко не каждый верующий.
В своих страданиях русский народ дал немало примеров, когда его простые прихожане и священники проявляли невиданную силу духа и не покорялись власти, которая в основном влияла на психику граждан через массовые аресты и репрессии. Вспомните стойкость философа Сергия Булгакова, погибшего в чекистских лапах. Вспомните тысячи верующих, молившихся о спасении души своих мучителей на Соловках и в десятках лагерей ГУЛАГа. Ибо не ведали, что творили, истязали брата своего славянина, хоронили, как собаку, без креста, а потом, через годы, мучились кошмарными снами.
Мучаются ли те, кто развивал не только в сознании общества, но и на частной практике подлые методы управления личностью? Причастные к этому ученые отрицают расширенное применение единичных опытов в обществе. Но подлинные документы не только ЦРУ, но и других мощных разведок мира свидетельствуют о том, что не одни особые ведомства, но и сами правительства на данном этапе роста самосознания граждан стремятся взять под контроль как можно более широкий круг влиятельных лидеров. Стремятся, но открыто не говорят об этом в силу демократизации законов. Как тут не вспомнить афоризм французского писателя конца XIX- начала XX века Жюля Ренара: «Тот, кто не страдает недугом угрызений совести, пусть и не помышляет о честности».
«Вот это да! — воскликнет читатель, считающий себя беспомощным, попади он в подобную ситуацию. — Выходит, со мной можно делать все, что угодно, как с куклой? И я никак не смогу воспротивиться?»
