– Один щенок – это
– Если, конечно, это не произошло на самом деле, – пояснила Сахарисса.
– Естественно, нас это интересует, если только произошло на самом деле, – согласился Вильям. – И не интересует, если не произошло. Все ясно? Новости – это необычные происшествия…
– И обычные происшествия, – сказала Сахарисса, комкая в руке отчет о заседании анк-морпоркского Общества Любителей Презабавных Овощей.
– И обычные тоже, – кивнул Вильям. – Но новости… В основном это то, что кому-то где-то очень не хочется увидеть в новостном листке…
– Но иногда не только это, – поддакнула Сахарисса.
– Новости – это… – сказал Вильям и замолчал.
Все молча смотрели, как он стоит, подняв палец.
– Новости, – повторил он, –
– Этот приезд патриция… – промолвила Сахарисса, когда все разошлись. – Как-то оно все неожиданно.
– Да. Я тоже подумал, – согласился Вильям. – Все как в старые смешные времена… То одно, то другое…
– …Сначала нашествие собак, потом какие-то люди пытались тебя убить, а затем тебя бросили в тюрьму. И пожар, и твои ответы лорду Витинари…
– Да, а поэтому… думаю, ничего особого не случится, если ты и я, ну, понимаешь… ты и я… устроим себе выходной. В конце концов, – с каким-то бесшабашным отчаянием добавил он, – нигде ведь не сказано, что мы обязаны выпускать листок каждый день, верно?
– Только на самом листке. Сверху, на первой странице, – улыбнулась Сахарисса.
– Да, но нельзя же верить всему, что написано в листках.
– Ну… хорошо. Я только закончу отчет…
– Письма для тебя, господин Вильям! – крикнул один из гномов, бросив ему на стол пачку бумаг.
Вильям, недовольно заворчав, принялся перебирать корреспонденцию. С самого верха лежали несколько пробных семафорных сообщений из Ланкра и Сто Лата. Похоже, очень скоро придется ехать туда, чтобы найти настоящих новостников (или новостейщиков? а, вот хорошее чужеземное словечко – репортер!), потому что у этих честных посланий от местных бакалейщиков и трактирщиков, которым платили по пенсу за строку, было весьма ограниченное будущее. Далее шла парочка сообщений, доставленных голубиной почтой, – еще не все сотрудники листка овладели новой техникой.
– О боги, – едва слышно прошептал Вильям. – В мэра Щеботана попал метеорит.
– А такое возможно? – удивилась Сахарисса.
– Очевидно. Письмо пришло от господина Спуна. Вполне разумный юноша, работает там в консульстве, полное отсутствие какого-либо воображения. Он сообщает, что на сей раз метеорит поджидал мэра в темном переулке.
– Правда? А у женщины, которая стирает нам белье, сын читает в Университете лекции по карающей астрономии.
– Он сможет дать нам интервью?
– Он всегда мне улыбается, когда мы встречаемся в лавке, – твердо заявила Сахарисса. – Конечно, даст.
– Отлично. Если ты…
– Добрый день всем!
В дверях с картонной коробкой в руках стоял господин Винтлер.
– О, только не это… – пробормотал Вильям.
– А я вам кое-что принес! – воскликнул господин Винтлер, который не понимал намеков, даже если ими была обернута свинцовая труба.
– Думаю, у нас уже достаточно презабавных овощей… – ответил Вильям.
И замолчал.
Румяный мужчина доставал из коробки огромную картофелину. Она была шишковатой. Вильяму и раньше приходилось видеть подобные экземпляры, некоторые вполне могли напоминать человеческие лица, если, конечно, рассматривать картофель было вашим любимым развлечением. Но чтобы разглядеть что-то в этой картофелине, не нужно было обладать воображением. Она действительно представляла собой лицо. Составленное из ямок, шишек и глазков и очень похожее на лицо того самого безумца, который совсем недавно смотрел Вильяму прямо в глаза и пытался его убить. Этого человека Вильям не мог забыть, потому что почти каждую ночь, просыпаясь где-то часа в три, видел его перед собой.
– По-моему… это… совсем… не… смешно, – отчетливо произнесла Сахарисса, бросив взгляд на Вильяма.
– Поразительно, да? – ухмыльнулся господин Винтлер. – Я бы не принес ее, но твой листок всегда проявлял такой интерес…
– День без раздвоенного пастернака – это как день, прожитый без солнца, господин Винтлер, – очень милым голосом произнесла Сахарисса. – Вильям?
– А? – Вильям с трудом оторвал взгляд от картофелины. – Мне кажется или лицо действительно выглядит удивленным?
– Довольно-таки удивленным, – согласилась Сахарисса.
– Ты только что ее выкопал? – спросил Вильям.
– Нет. Уже несколько месяцев валялась в одном из мешков, – ответил господин Винтлер.
…Что несколько замедлило ход оккультного поезда, уже разгонявшегося в голове Вильяма. Впрочем, вселенная иногда бывает не менее забавной, чем овощи. Причина и следствие, следствие и причина… Нет, он лучше отрежет себе правую руку, чем напишет об этом.
– И что ты собираешься с ней сделать? – спросил он. – Сваришь?
