— Чем ты лучше? — разозлился Макс. — Ты тоже ей лжешь.
— Я с ней хотя бы не спал.
Макс и не ждал поддержки, понимая, что может испортить то, к чему они так долго шли. Но эти слова окончательно вывели его из себя.
— Идите к черту, ваше высочество, — тихо, но со злостью сказал Макс, и вышел из кабинета, громко хлопнув дверью.
Максу так и не удалось поговорить с задержанным. Дело, а вместе с ним и убийцу, передали в Управление той же ночью. Такая срочность вызывала нехорошие подозрения, но никаких предположений, кто это и что им нужно, ни у меня, ни у Макса не было. Или он просто со мной не делился. Такого варианта я не исключала.
Я не оставляла надежды дойти до конца, и узнать по какой причине и от чьей руки погиб мой отец, но понимала, что если все же удастся это сделать, то не скоро. А потому настроилась на ожидание и не торопила Макса. Он по-прежнему пропадал где-то целыми днями, но выяснить больше, чем уже узнал, ему пока не удавалось.
С того вечера я больше не ночевала одна. Это было непривычно. А еще я поняла, что не отношусь к тем людям, которые напрочь теряют голову от чувств.
Я полюбила Макса и от этого уже никуда не деться. Мне хорошо с ним, даже слишком. Но с наступлением утра мысли приобретали четкость, сомнения и опасения всплывали на поверхность, и вот уже счастье не казалось таким безоблачным, а моя жизнь снова приобретала привычные серые краски. Теперь в ней были только небольшие яркие пятна — те недолгие ночные часы, когда можно представить, будто никаких проблем вовсе нет. Так что оставаться одной я и не стремилась.
Иногда Макс так странно смотрел на меня, что я почти уверилась в том, что он ведет какую-то свою игру, в которой мне отведена непонятная роль. Но, несмотря на все подозрения, я его совсем не боялась. Впрочем, сложно бояться того, кого любишь. Правду говорят: влюбленное сердце — глупое сердце. И я млела и медленно сходила с ума каждый раз, когда он прикасался ко мне, обнимал, целовал, жадно втягивал воздух, пытаясь уловить запах моей кожи. Он бывал нежным, бывал страстным, но в нем всегда чувствовался какой-то нерв, будто что-то не давало ему покоя, будто он за что-то просил прощения.
Может быть, моя паранойя достигла своего апогея, и я видела то, чего нет. А может быть, и наоборот — замечала то, что он пытался скрыть. Все это, вкупе с моей любовью и желанием полностью довериться ему разрывало меня на части. И я не понимала, чего во мне больше.
Очередное утро не принесло ничего нового. Разве что погода за окном все больше радовала глаз. Ингфол в любое время года выглядел ярко, а изумрудная зелень деревьев и кустарников под ярким солнцем делала его еще наряднее. На небе ни единого облачка, и эта безмятежность природы только усугубляла мое внутреннее состояние. Вместо улыбки вид за окном вызвал только тяжелый вздох. Эту ночь я провела в квартире Макса и сейчас смотрела на мир через большое окно в залитой утренним солнцем гостиной. Кофе давно остыл, а я все стояла и смотрела, пытаясь разобраться в себе и отделить одно от другого.
Макс появился неслышно, буквально вынырнул у меня из-за плеча и, нежно поцеловав в щеку, отпил из моей чашки, слегка поморщившись оттого, что кофе уже был холодным. Я увидела, как по стенкам чашки пробежали золотистые искры, и на место он вернул уже исходящий паром напиток. Это немного сгладило впечатление от его внезапного появления, но не помешало задать неудобный вопрос:
— Мне кажется, что для сыщика, у которого за последние пару недель не было ни одного клиента, ты слишком занят. Где ты все время пропадаешь?
Он внимательно посмотрел на меня, но затем улыбнулся:
— Все еще ищешь второе дно? Я вижу, безрезультатно.
Тон был небрежным, но глаза оставались серьезными. Он прошел в кухню и вернулся через несколько минут с еще одной чашкой в руках. Сделал глоток и продолжил:
— И кто тебе сказал, что у меня нет клиентов? То, что ты никого не видела здесь, — он неопределенно махнул рукой, давая понять, что имеет в виду квартиру, — не значит, что их вовсе нет.
Я не успела ничего ответить, у Макса зазвонил телефон. Посмотрев на экран, он коротко извинился и вышел из гостиной в коридор. Было слышно, как он ответил, но потом хлопнула дверь какой-то из комнат, отрезая от меня все звуки. Не то, чтобы мне не было интересно, с кем и о чем он говорит, но подслушивать точно не собиралась. И все же то, что он ушел и закрылся, слегка покоробило.
Сделав глоток горячего ароматного кофе, я в очередной раз пожалела, что не обладаю магией, ведь мне самой пришлось бы идти на кухню и наливать новую порцию из поддерживающего температуру кофейника. И отрываться от потрясающего вида за окном. Почему-то сейчас он показался мне именно таким. Что было тому причиной, я не поняла, но искренне улыбнулась и зажмурилась от мимолетного солнечного блика.
