Эксперты по наблюдению группы РиБ, а также бойцы САС получили указание от местной ЦКГ разработать план по поимке потенциальных убийц бойца ПОО с поличным. Район вокруг перекрестка, где базируется подрядчик по перевозкам под названием «Каппер и Ламб», был закрыт для других подразделений – стандартная процедура в тайных операциях, предназначенная для того, чтобы уберечь патрули, которым не довели инструктаж об операции, от опасности и предотвратить «синие по синим», случайное столкновение между солдатами или полицейскими. Невозможно с уверенностью сказать, почему для перехвата членов ИРА был выбран именно этот пункт, но местные жители говорят, что «временные» намеревались устроить засаду на офицера ПОО, который регулярно проезжал мимо двора «Каппер и Ламб» в бронированном автомобиле по пути в Дангеннон.
Сразу после 8 часов утра 19 октября 1984 года команда ИРА прибыла в желтом фургоне, машине, которую они угнали в Колайленде. В этом районе находилось по меньшей мере десять человек из САС: пара пряталась за кустами у входа во двор; и еще восемь находились в трех автомобилях без опознавательных знаков. Когда фургон членов ИРА проезжал мимо, солдаты попытались преградить ему путь, но им это не удалось, и они открыли огонь.
Фредерик Джексон, сорокавосьмилетний подрядчик с завода, который выезжал из склада «Каппер и Ламбе», руководя там какими-то работами, был ранен в грудь пулей, выпущенной одним из солдат. Машина откатилась обратно во двор, врезавшись в бензоколонку. Джексон вывалился из машины, зовя на помощь, и рухнул под навесом. Позже он умер.
Несмотря на присутствие САС в этом районе и шквал выстрелов по фургону, армия не смогла помешать бегству «временных». Они пешком перешли по автомобильному мосту и, несмотря на присутствие в этом районе вертолета, вскоре оказались в убежище республиканского района, расположенном к северу от трассы М1. В КПО сообщили, что Джексон был убит, попав под перекрестный огонь. ИРА не согласилась, заявив, что ее члены не открывали огонь, когда Джексон был ранен. Однако в брошенном фургоне было обнаружено много стреляных гильз, и ИРА не отрицала, что ее члены вступали в бой с солдатами.
В 8.37 утра полицейский инспектор местного участка направил подразделения на место происшествия, получив телефонные звонки от местных жителей. Он отменил эти приказы после того, как офицер СО сообщил ему, что этот район был ареной перестрелки между «временными» и «специализированными ресурсами» сил безопасности.
Операция была неудачной. Необычайно подробные разведданные предоставили солдатам возможность, которая пошла наперекосяк. Резервист был спасен, но непричастный к этому человек, занимавшийся своими делами, был мертв, а террористы сбежали. Эта смерть привела к предположениям, что солдаты ошибочно приняли Джексона за члена команды ИРА и убили его намеренно.
Трудно было представить себе кого-то, кто с меньшей вероятностью представлял бы угрозу для солдат, чем Джексон, бизнесмен-протестант средних лет. Семья погибшего задавала вопросы о том, почему ему так долго не оказывали медицинскую помощь. Это заставило националистов задаться вопросом, позволили ли ему умереть, потому что войска считали его республиканцем. Однако тот факт, что Джексон был ранен одним выстрелом, по–видимому, подтверждает официальную точку зрения, что он был ранен случайной пулей, а не был намеренно застрелен САС, полагая, что он был террористом. Независимо от того, была ли смерть Джексона несчастным случаем или ошибкой, протестант, который был свидетелем побега членов ИРА из Тамнамора, сказал мне: «Я не хочу очернять САС, но в тот день они устроили настоящую истерику».
Инцидент, подобный тому, что произошел в Тамнаморе, вызвал множество вопросов, на которые невозможно ответить ни здесь, ни в суде, не зная точно, какой информацией располагал Специальный отдел до нападения, и дело Сталкера показывает, насколько ревностно охраняются такие «жемчужины короны» антитеррористической разведки. Самая великодушная интерпретация, для ЦКГ и САС, заключается в том, что они понятия не имели, кто собирался осуществить атаку, и у них не было другого выбора, кроме как оцепить этот район. Приказ бойцу ПОО держаться подальше от службы мог только подвергнуть опасности других. Тот факт, что террористы сбежали, может подтвердить мнение о том, что КПО понятия не имела, кто они такие и где их потом искать.
