Правила для любовницы полностью

— Именно! Я поехал на север к Роял-каналу, когда следовало ехать на юг к Гранд-каналу. Но осмелюсь предположить, что трактирщик допустил честную ошибку. Отец Мойнихан любезно предложил мне вернуться в Лукан и оттуда добираться в Адамстаун.

— Верно, — сказала мисс Вон.

— Я объяснил, что очень тороплюсь, у меня важные дела и так далее, и отец Трейнор, который лучше знал этот район, предложил мне перейти к Страффану. Он сказал, что это может сберечь мне час пути.

— Разве eсть дорога из Мейнута в Страффан? — Козима спросила озадачено.

Бенедикт попросил у официанта еще вина.

— Нет. Почему вы спрашиваете?

— Вы пoшли через болото? — спросила Козима, округлив глаза. — В вашей великолепной одежде?

Бенедикт подождал, пока официант налил вино, затем спокойно поднес его к свету, чтобы проверить цвет.

— Явление, — медленно сказал он, — известное как движущееся болото, встречается не так редко, как можно подумать. Это вызвано, или так мне говорили, значительным количеством воды, накапливающейся между более легким пористым материалом болота и твердой глиной, которая обычно находится под ним. Вода — как я уверен, вы знаете, мисс Аллегра — ищет выход. При этом она несет с собой болото, и, в данном случае, она также несла меня. Так что совет отца Трейнора действительно сберег мне час.

Мисс Вон засмеялась:

— Думаю, что лорд Оранмор рассказывает нам истории Мюнхгаузена.

Бенедикт проигнорировал это дерзкое замечание.

— Так что я был там. Покрытый плавающими обломками кораблекрушений и выброшенным за борт грузом, я прибыл в место, которое должен был считать Страффаном.

— Разве это был не Страффан? — удивилась Козима.

— Почему бы нет? — он ответил. — Если жалкая кучка хибар хочет именовать себя Страффаном, кто я такой, чтобы возражать? Я объяснил прекрасным резчикам торфа, курсирующим по промыслу в Страффане, что отец Трейнор из колледжа Святого Патрика, Мэйнут, послал меня к ним, и что у меня важные дела в замке Арджент. Они не могли бы быть любезнее. Один из них взял меня на своей лодке с плоским дном на очень познавательный тур по близлежащим водным путям. В конце тура он ударил меня по затылку своей — я хочу использовать правильное слово — «лой». Ирландцы не называют вещи своими именами, — пояснил он. — Они называют это лой, но, поверьте мне, это на самом деле лопата.

— Боже мой! — прошептала леди Далримпл.

— Я уверен, что это был несчастный случай, — мягко сказал Бенедикт. — Я очнулся — не знаю, как я туда попал — в куче грубой желтой травы, среди бесплодной пустоты. Мой новый друг исчез со своим лой. Без сомнения, он пошел за помощью. Если бы я думал ясно, я мог бы ждать его, но я не думал ясно. Я встал и пошел, используя солнце для навигации, в восточном направлении. Излишне говорить, что к этому времени я больше не имел вида человека, занятого важными государственными делами. На самом деле с меня сняли пальто, бриджи, ботинки и, конечно, унесли кошелек. Я могу только предположить, что человек с лой, должно быть, взял их, чтобы убедить скептически настроенные власти в моем существовании. Должен признаться, я скучаю по ботинкам.

— Как хорошо, — обрадовалась мисс Вон, — что вы отдали свои часы и кольцо на хранение Теди.      — Точно. Бабушка сказала мне, что отправила их моей невесте. Серена?

Серена тупо посмотрела на него.

— Что? Я их не видела, — запнулась она.

Козима открыла рот, чтобы что-то сказать, а затем снова закрыла.

Бенедикт принял это за зевок.

— Но я вижу, что заставил вас скучать, — мрачно сказал он. — Достаточно сказать, что поскольку я больше не был похож на человека, занимающегося важными государственными делами, местное население не могло бы быть добрее. И их английский оказался не хуже, чем, по крайней мере, у йоркширца. Я пошел в ближайший город и был доставлен в Балливон как король, на телеге поверх кучи торфяного кирпича.

— Так вы нормально туда добрались? — Козима спросила с тревогой.

Он слабо улыбнулся.

— Да, добрался. Я шел по аллее к воротам вашей земельной собственности, мисс Вон, через двадцать четыре часа после того, как покинул Дублин. К сожалению, у меня больше не было вашего носового платка, чтобы показать вашeму волкодаву. Я по небрежности оставив его в кармане моего пальто вместе с кошельком.

— Все в порядке, — заверила она его. — У меня много платков. Что касается Долли, она бы не причинила вреда и мухе. Она большая как лошадь, но нежная как ягненок.

— Это именно то, что я сказал ей, когда она неслась по аллее, чтобы встретиться со мной, — ответил Бенедикт. — Подбежав ко мне на полной скорости, она просто положила лапы на мои плечи, и я свалился. Должно быть, я очень устал, потому что сразу уснул. Я проснулся где-то на следующий день, во сне меня отнесли в дом другого Теди…

— Это был наш Теди, — знающе сказала Элли. — Теди Джексон.

— Давайте назовем его «хорошим Теди», мисс Аллегра, чтобы отличить от «плохого Теди», который пытался убить меня.

— Неудивительно, что ваши волосы поседели, — сказал лорд Уэстлендс. — Лично я бы отделал «плохого Теди» до полусмерти и тащил бы его за ноги до самого Дублина.