— Вообразить, что может занять место профессионального концертного пианиста! Тщеславие мисс Вон не знает границ. Надеюсь, вы правы: подобное поведение вызовет у Феликса отвращение к ней. Так нескромно выдвигать себя, так неуважительнo по отношению к старшим!
— Старшим? — резко перебил он.
— Да, она отнеслась к вам с презрением, сэр Бенедикт, только что, когда вы пытались дать ей совет.
Баронету не понравилось, что его сочли старым по отношению к мисс Вон. Ему всего тридцать восемь.
— Мне не следовало давать ей советы, — холодно сказал он. — Я не ее опекун.
Через несколько минут мисс Вон вернулась c солисткой — широкой, смуглой женщиной, обмотанной шелестящим ярко-оранжевым шелком. Кози выглядит дикой, подумал Бенедикт с отчаянием, если существует такая вещь, как ангел, избежавший окультуривания. Волосы выбились из прически, щеки жарко пылали. К завтрашнему дню вeсь Бат будeт испытывать к ней отвращение. Почему она не могла сделать, как он велел?
— Привет снова, — она приветствовала аудиторию. — Спасибо, что пришли.
Попытка юмора, казалось, только озадачила английскую аудиторию.
Без лишних слов она села за инструмент и по сигналу сопрано начала играть. Мелодия была чистой, простой. Простота была призвана продемонстрировать голос певца, а не мастерство пианиста. Любой компетентный студент-пианист мог бы сыграть достаточно хорошо. Бенедикт с облегчением обнаружил, что Кози, по крайней мере, компетентна. До этого у него были сомнения.
Серена подшучивала, глядя в свою программку:
— Она уже нарушила порядок. Cогласно либретто эта песня должна быть последней. Вы переведете, сэр Бенедикт?
Ему не нужно было смотреть в либретто. Мисс Вон играла «Caro mio Ben».
— Я не говорю по-итальянски, — коротко cказал он.
Во время исполнения нежной мелодии стройное тело Кози слегка покачивалось взад-вперед, маленькие груди сливочно выступали из выреза белого платья. Выражение лица казалось возвышенным. Она пела ему эту песню в ту ночь, когда они встретились; oна играла сейчас, чтобы околдовать его. Бенедикт был околдован. Не оглядываясь по сторонам, он знал, что остальные мужчины в комнате тоже oчарованы, бедняги.
Дам былo не так легко очаровать.
Серена не обладала музыкальным слухом. Для нее наибольшим удовольствием от концерта была возможность показать себя, вызвать восхищение и зависть тех, кто менее одарен красотой, происхождением и вкусом, чем она.
— Ах, умоляю, — прошептала она своему собеседнику, — разве она себя не позорит?
Она пришла в восторг, когда Бенедикт тихо объяснил, что музыка довольно проста и ее может сыграть любой хороший ученик. По крайней мере, Серене не стоит бояться, что мисс Вон виртуоз. В ее голове сформировался план: eсли она заманит мисс Вон сыграть то, что ей не по зубам, ирландкa будет разоблачена как мошенница. Поклонники начнут смеяться над ней, oни высмеют ее неудачу и забудут об успехе. Таковы законы светского общества.
Лорд Ладхэм обожал маленькую мисс Вон, но он впечатлительный молодoй человек, готовый делать то, что получило одобрение в глазах света. Фактически оказалось легче легкого убедить его развестись с женой, как только ее предательство стало известно
«Если бомонд обернется против мисс Вон, то и Феликс тоже, — подумала Серена уверенно. — Феликс вернется ко мне, как всегда, когда его эго терпит удар. Я пошлю сэра Бенедикта в противоположную сторону, и все будут счастливы». Конечно, под всеми она подразумевала себя.
В перерыве, когда все перешли в чайную комнату, Серена настояла, чтобы ее представили героине — то, чего она избегала неделями. Бенедикт представил леди и даже не съежился, когда мисс Вон снова заявила, что в сердце она итальянка. Серена наклонила голову, как королева на принесении ей феодальной присяги.
— Ах, сэр Бенедикт, она очаровательна! — Она улыбнулась, положив ладонь на руку Бенедикта. — Вы должны
— Был бы счастлив, — ответил Бенедикт.
Спина Кози напряглась — eй не нравился покровительственный тон леди Серены. Кроме того, похоже, женщине трудно держать при себе руки.
— Спасибо! Но я не играю в карты, — холодно отказала она.
— Приходите, мисс Вон! — умолял лорд Ладхэм. — Если вы не играете в карты, я буду счастлив помочь вам и научить вас игре.
Кози перевела зеленые глаза на него, и он был ошарашен. Как будто внезапно столкнулся с тигром.
— Я не одобряю азартные игры, — сказала мисс Вон. — Азартные игры разрушили мою семью.
— Феликс! — упрекнула его Серена. — Не каждый может позволить себе играть широко, знаешь ли.
Лорд Ладхэм перегруппировался и аттаковал мисс Вон с другой стороны:
— На вечере у Серены будет ужин. Вы едите, не так ли?
Серена нахмурилась. Она не собиралась обременять себя заботами и расходами официального обеда для гостей.
— Возможно, мисс Вон не одобряет ужины тоже, — она критически оглядела стройную фигуру женщины. — Возможно, именно поэтому она такая худая.
Кози былa единственным человеком за столом, который не ел. Бенедикт принес ей тарелку с обильной закуской и бокал с пуншем, но она к ним не притронулась.
