Он был высоким худым мужчиной, похожим на голубую цаплю. Сделав несколько шагов по ковру, он взял вазочку из рук Лукаса.
– Пожалуйста, не трогайте ничего. Это очень хрупкая вещь.
– Да? – протянул Дэвенпорт.
Пока Нестер ставил вазочку на место, Лукас взял маленький керамический горшок.
– Мы всего лишь хотим знать, – проговорил он, – что произошло в доме Райсов. Потом мы уйдем. Так что не стоит так волноваться.
Прищурив глаза, Нестер наблюдал, как Лукас держит горшочек за ободок.
– Простите, я на минутку.
Он пересек комнату и подошел к стеклянному шкафу, поднял трубку телефона и набрал номер.
– Да, это Алан Нестер. Пожалуйста, соедините меня с Полом и побыстрее. – Ожидая ответа, он с опаской поглядывал на Лукаса. – Пол, это Алан. Ко мне снова пожаловали полицейские, и один из них сейчас держит за самый ободок горшочек времен династии Санг стоимостью семнадцать тысяч долларов и угрожает уронить его. Мне совершенно нечего им сообщить, но они этому не верят. Не мог бы ты подъехать ко мне?.. Да? Вот и отлично. Номер у тебя есть.
Нестер повесил трубку.
– Я звонил своему адвокату, – сказал он. – Если вы немного подождете, то сюда позвонит или ваш шеф, или заместитель мэра.
– Гм… – Лукас улыбнулся, обнажая зубы. – Кажется, нам здесь не рады. – Он осторожно поставил горшочек на место и повернулся к Слоуну. – Пойдем.
Когда они вышли на улицу, Слоун искоса посмотрел на Дэвенпорта.
– Не много же нам удалось.
– Мы еще вернемся, – с удовольствием заметил Лукас. – Ты абсолютно прав. Этот сукин сын что-то скрывает. А это уже хорошо. В деле с Бешеным кто-то что-то скрывает, и мы об этом знаем.
Из уличного автомата они позвонили Мэри Райс. Она согласилась с ними поговорить. Слоун прошел к дому первым и постучал.
– Миссис Раис?
– Вы те самые полицейские?
– Да. Как вы себя чувствуете?
Лицо Мэри Райс постарело, кожа стала красновато-желтой с коричневыми пятнами, сухая и жесткая, она походила на апельсин, который слишком долго пролежал в холодильнике.
– Заходите скорей, а то холод напустите, – сказала она.
Она зря боялась напустить холод, в доме стояла нестерпимая жара, но миссис Райс закуталась в толстый орлоновый жакет, и еще на ней были шерстяные брюки. Нос у нее был красным и немного припухшим.
– Мы говорили с человеком, который купил у вашего мужа фигурки из слоновой кости, – начал объяснять Слоун, когда они уселись за кухонным столом. – И мы стали размышлять над тем, что ваш муж…
– Вы полагаете, что он и есть убийца? – спросила женщина, и глаза ее сделались круглыми.
– Нет, нет, мы просто хотим получше разобраться кое в чем в отношении него, – тут же развеял ее страхи Слоун. – Может быть, ваш муж сказал что-нибудь о нем, что вам показалось необычным или интересным?
Женщина попыталась сконцентрироваться, и у нее на лбу собрались морщинки.
– Нет… нет, просто он купил эти маленькие резные фигурки и спросил, есть ли у Лэрри еще что-нибудь. Ну, например, старинные мечи или что-либо в этом роде. Но у Лэрри ничего не было.
– Они еще о чем-нибудь говорили?
– Нет… я не знаю… Лэрри сказал, что этот человек спешил, он не захотел ни кофе, ни чего-нибудь другого. Просто отдал ему деньги и ушел.
Слоун посмотрел на Лукаса. Тот задумался на минутку, потом спросил:
– И все-таки, как выглядели те статуэтки?
– У меня осталась одна, – сказала старушка. – Это последняя. Лэрри подарил мне ее на память, когда мы поженились. Я могу вам ее показать.
– Да, пожалуйста.
Миссис Райс ушла в другую комнату. Через несколько минут она вернулась и протянула Лукасу руку. В ее ладони уютно устроился крошечный мышонок из слоновой кости. Лукас взял его и начал рассматривать, у него перехватило дыхание.
– Хорошо, – сказал он после минутной паузы. – Можем мы на время взять это у вас, миссис Райс? Мы дадим вам расписку.
– Ну конечно. И мне не нужна расписка. Ведь вы полицейские.
– Хорошо. Мы вам ее вернем.
На улице Слоун произнес:
– Ну что?
– Думаю, мы не просто подцепили нашего друга Алана Нестера на крючок, а держим его за жабры. Кроме того, мне кажется, я знаю, что он от нас скрывает. Это не имеет никакого отношения к Бешеному, – хмуро пояснил Лукас. Он разжал пальцы и посмотрел на мышонка. – Все, что я знаю об искусстве, можно уместить на почтовой марке. Но посмотри на эту вещицу. Нестер купил пятнадцать таких фигурок за пятьсот долларов. А я бьюсь об заклад, что одна только эта мышка стоит пятьсот долларов. Я никогда не видел ничего подобного. Посмотри на выражение ее мордочки. Если она не стоит пяти сотен, то я поцелую тебя в зад на лужайке перед Домом правосудия.
Они оба с интересом рассматривали фигурку. Мышонок был само изящество, его крошечные лапки сжимали соломинку. Внутри соломинка была полой.
Неожиданно Слоун посмотрел куда-то в сторону, Лукас тоже поднял глаза. Они увидели патрульную полицейскую машину, она почти остановилась, и двое полицейских внимательно разглядывали их с переднего сиденья.
– Думают, что один из нас продает наркотик, а другой покупает, – рассмеялся Слоун.
Он вытащил свой значок и подошел к машине. Полицейский в машине опустил стекло, и Лукас крякнул ему:
