Король никогда не выказывал ему особой благосклонности, с какой относился к Натану и Венде. Но равным образом он никогда не проявлял жестокости или хотя бы неучтивости. Он не сделал ничего, чтобы заслужить такую смерть. Все участники движения предлагали Пэгару деньга и говорили о славном будущем, ожидающем племя кирси. И наконец, после многих лет жизни в Одунском замке и служения королю-инди, который чаще всего оставлял без внимания его советы, Пэгар решил, что с него довольно. Именно поэтому Айлин должен был умереть. Только по этой причине.
Кирси шагнул вперед и взял одну из подушек. Он тяжело дышал, и ладони у него вспотели. Уже в последнюю минуту, когда он собирался положить подушку на лицо короля, Пэгар вспомнил, что говорил целитель насчет платка. Он вытащил платок из кармана и осторожно накрыл им рот и нос Айлина. Король не пошевелился.
Зажмурившись, Пэгар опустил подушку на лицо старика и навалился сверху всем телом. Айлин не оказал никакого сопротивления, и долгое время старший советник лежал неподвижно, спрашивая себя, умер старик или нет.
Наконец он поднялся с постели и убрал подушку и платок с лица короля. Последний выглядел точно так же, как прежде. Пэгар наклонился над постелью и приложился ухом к груди Айлина. Он не услышал биения сердца и не заметил никакого движения тела. Выпрямившись, кирси подошел к камину и бросил платок в огонь. Он коротко вспыхнул и сморщился в огне, превратившись в черный комок, который кирси разбил кочергой и размешал с золой.
Руки у него по-прежнему дрожали, но это уже не имело значения. Никто не удивится, увидев трясущиеся руки старшего советника, равно как и при виде слез, струящихся по его щекам.
— Стража! — крикнул он, возвращаясь к постели короля. — Бейте в набат! Король умер!
«Спроси знатного инди, чем отличается малый дом от крупного, и по ответу ты поймешь, к какому дому он принадлежит», — гласила старинная эйбитарская пословица.
Как многие старинные изречения, она вполне соответствовала истине. Единственную разницу между собой и правителями крупных герцогств главы малых домов видели в том, что первые держали в своем войске на несколько сотен солдат больше, хранили в своей казне на несколько тысяч киндов больше и имели возможность вступить на престол, согласно Законам Престолонаследия. Однако главы крупных домов — даже Керни, чей дом занимал самое низкое положение среди пяти главных, — считали означенную разницу гораздо более существенной. Поскольку армия каждого дома редко насчитывала свыше двух тысяч солдат, разница в несколько сотен человек представлялась весьма ощутимой. Кроме того, войска Торалда, Галдастена, Керга, Кентигерна и Глендивра были подготовлены и вымуштрованы лучше всех остальных в стране. Кентигерн и Глендивр защищали границы Эйбитара, проходившие по суше; Торалд, Галдастен и Керг охраняли берега королевства. Их армии должны были быть лучшими. А поскольку правители пяти главных герцогств являлись возможными претендентами на эйбитарский престол, они держали дворы, позволявшие достойно принимать знатных особ из всех королевств Прибрежных Земель. Их замки превосходили размерами и красотой все прочие, а города процветали. «Никто из живших в крупном герцогстве никогда не спутает малый дом с одним из пяти главных, — говорили в народе. — И ни один человек, перебравшийся из малого дома в один из пяти главных, уже никогда не вернется домой».
Кезия, которая провела детство в герцогстве Ирдли, самом процветающем из малых домов, а потом перебралась в Глендивр, разделяла это мнение. Замки главных династий были во всех отношениях лучше. Ирдлийская армия ненамного уступала глендиврской в численности, но солдаты Ирдли не шли ни в какое сравнение с войском, находившимся под командованием Керни. Да, действительно, положение всех домов определилось много веков назад, по окончании войны кланов, в соответствии с могуществом каждого. Возможно даже, сложившаяся иерархия к настоящему времени уже не отражала истинного соотношения сил. Многие считали, что Сассин, занимавший самое низкое положение среди эйбитарских домов, на самом деле был могущественнее и богаче, чем Домнол и Лабруин. Большинство сходилось во мнении, что между армиями Галдастена, Керга и Кентигерна уже нет никакой разницы.
Но никому не приходило в голову оспаривать тот факт, что только пять герцогств достойны называться главными домами. Различие между главными и малыми домами отнюдь не являлось пережитком давно забытых времен, но продолжало служить законным основанием того, кто из эйбитарских герцогов станет следующим королем.
