Я встал из-за стола, Катя подбежала ко мне, повисла на несколько секунд, поцеловала в щёчку и убежала. Уже в приподнятом настроении я пошёл читать лекцию, такой настрой гораздо лучше сказывается на передаче важной информации обучаемым. Лекция прошла на ура, вторая — ничуть не хуже. Даже в конце словил аплодисменты за артистизм.
После окончания рабочего дня я решил отвезти Катю домой лично, мне так будет спокойнее.
— А ты потом куда хотел? — спросила Катя, поняв, что я вместе с ней домой не пойду.
— С Настей по магазинам покататься, она хотела Марии подарок подобрать, а я всё ещё в долгу перед Поджарским за сожжённую магичкой шляпу.
— Ясно, — улыбнулась Катя. — Хорошая шляпа была, жалко. Что-то наша миниатюрная княгиня разбушевалась тогда.
— Не все способны вынести характер старика, — усмехнулся я. — Совсем не подарок.
— Чувствую, ты хочешь спросить, но молчишь, — сказала сестрёнка, когда подъезжали к родительскому дому. — Насте можно доверять в любых вопросах. Я раньше тоже в ней немножко сомневалась, учитывая родственные связи с Баженовым, но этот факт для неё скорее досадное недоразумение, она не из этой компании. Именно поэтому я с нетерпением жду вашу свадьбу.
— Ты же сказала, что блокируешь свои способности на мне, — ухмыльнулся я.
— Блокирую, — рассмеялась Катя, — но это у тебя на лице написано, даже в голову лезть не надо.
— А что ещё у меня на лице написано? — поинтересовался я.
— Что ты хороший человек, — подмигнула Катя, перед тем, как открыть дверь. — И всегда добьёшься своего. Поэтому я охотно буду вместе с тобой разыгрывать эту шахматную партию. Всё, пока!
Катя выпорхнула из машины, помахала мне ручкой и побежала домой. Наверно изучать ту самую синюю книгу без названия, которую ей вручила Елена Андреевна. А я со спокойной душой поехал за Настей, предупредив её, когда выезжал.
— Ну покажи хоть, что ты там приобрёл у Поджарского, — сказала Настя, садясь в машину.
Я уже предусмотрел этот вопрос, и коробочка с боевым амулетом лежала под рукой.
— Держи, — я протянул коробочку Насте. — Ну а медальон точно такой же, как у нас, нет смысла показывать.
Настя достала из коробочки амулет, предусмотрительно держа за цепочку и рассматривала его нахмурившись.
— Это точно хорошая вещь? — с сомнением в голосе спросила она. — Вроде бы и из золота и камни настоящие, а смотрится как-то по-дурацки, нет никакой гармонии и изящества.
— У меня он оставил такое же впечатление, — усмехнулся я. — Но, как оказалось, красивое не подходит по характеристикам, а этот — самое то.
— Я хотела присмотреть ей серьги подходящие, чтобы с амулетом сочетались, — Настя вздохнула и покачала головой. — Но теперь не уверена.
— Не переживай, амулет она будет носить за пазухой и его будет не видно, так что серьги можешь выбрать на свой вкус, не подбирая к амулету.
— Тогда поехали в ювелирный, — смирившись сказала Настя.
— Сначала к шляпнику, — возразил я.
— Ах да, — махнула рукой Настя. — Должок за испепелённый реквизит. Поехали к твоему шляпнику.
Я достал из кармана визитку, это оказалось совсем недалеко, всего три квартала, труднее оказалось найти место для парковки на Невском. Настя настояла пойти со мной, чтобы помочь выбрать шляпу.
— Ему нужна определённая шляпа, нет смысла выбирать, — сказал я.
— Вот и возьмёшь не выбирая, а вторую я выберу, — уверенно сказала девушка.
— Почему бы и нет, — пожал я плечами. — Да, я же ему две обещал.
Нашего приезда Поджарский не ожидал, да и я его не предупредил, поехал на свой страх и риск с намерением сделать сюрприз. И не надо мне сейчас говорить про благие намерения, я по-доброму. В расплату за неожиданность, нам пришлось торчать под дверью минут десять. Когда дверь всё-таки начала открываться и оттуда высунулся удивлённый Альберт Венедиктович, я чуть не рассмеялся, хотя, только что был готов поджечь усадьбу и уехать.
— Ты чего ржёшь, как ненормальный? — тут же осёк меня Поджарский. — Знаешь же, что предупреждать надо. Или ты мимо ехал и резко в туалет захотелось?
— Вот! — сказал я, протягивая ему коробку с точно такой же шляпой, как та, что сожгла Мария.
— И что это? — спросил старик, недоверчиво взяв в руки коробку.
— Розжиг для камина, — усмехнулся я. — Открывайте.
Поджарский сначала внимательно посмотрел мне в глаза, потом на коробку, словно сомневался, стоит ли её открывать и не опасно ли это для жизни. Потом, видимо, вспомнил, что я для него угрозы не представляю и решился.
— Ох, Саша, это же та самая шляпа! — воскликнул он и тут же напялил её на голову. — А я уже сам собирался к шляпнику ехать, вроде тебе простил уже.
— Знаю, — кивнул я. — Но, как не сделать приятный сюрприз хорошему человеку?
От этих слов артефактор растаял окончательно и уже готов был расплыться лужей счастья по прихожей.
— И это ещё не всё! — заявил я, доставая из-за спины вторую коробку. — А это дополнение.
Поджарский открыл коробку и обомлел от счастья. Я даже успел заметить скатившуюся из глаза слезинку, пока он не успел её смахнуть.
— Что ж ты со мной делаешь, Саша? — покачал головой Альберт Венедиктович, крутя шляпу в руках.
