— И голубой не надо, — добавил я. — И лучше вообще никакой не надо, мне кажется, наоборот, именно в этом надо идти, просто попробуй Лизу к этому подготовить.
— Наверно ты прав, — кивнул Илья. — Так и сделаю. Но запасной на всякий случай возьму.
В поэтический клуб мы с Валерой пришли вдвоём, Илья ждал нас там.
— Поэзия не совсем моё, если честно, — сказал мне тихонько Валера, чтобы сидевшие рядом фанаты не забили нас тапками. — С тех пор, как в школе заставляли учить что-нибудь каждую неделю наизусть, у меня к рифме аллергия.
— Ну тогда тебе придётся потерпеть, — улыбнулся я. — А лучше постарайся расслабиться и получить удовольствие. Сегодня тут будут разминаться одни из лучших.
— Толкни меня, если буду храпеть, — прошептал он мне на ухо.
— Не переживай, соседи ткнут в тебя чем-нибудь если что, — усмехнулся я. — Тростью или зонтиком. Или томиком стихов Ильи.
— Вот только ради Ильи я тут и сижу, — пробубнил Валера. — Если бы он не выступал, лучше подождал бы вас на месте.
— Хватит ворчать, слушай раз пришёл, — так же тихо ответил я.
Я хотел ещё кое-что сказать, но свет в зале померк, а небольшую сцену ярко осветили софиты. Вышел первый конкурсант, кажется, я видел его в прошлый раз здесь же. Зал встретил его бурными аплодисментами, к которым я присоединился, а Валера так и сидел, сложа руки. Однако, уже на втором четверостишье, скучающее лицо Чугунова стало заинтересованным и по мере чтения душещипательного стихотворения, выражение его лица неоднократно менялось, но скучающим уже не было. Кажется прочувствовал.
Когда чтец закончил и поклонился залу, Валера хлопал даже громче меня. Заметив мой удивлённый взгляд, он улыбнулся.
— Ты знаешь, я наверно много упустил с тех пор, как выучил последнее стихотворение, — честно признался он.
— Письмо Онегина к Татьяне?
— По-моему да, — кивнул он. — Это из той же серии, как перечитать произведение из школьной программы десять лет спустя, когда у тебя в корне изменилось мировоззрение и совершенно другой жизненный опыт.
Вышел следующий конкурсант и зал снова затих. Второе стихотворение было несколько слабее, но чтец выкладывался на полную катушку, что тоже заслуживает уважения. Наконец пришла очередь Ильи. Я думал, что он прочитает что-то совершенно новое, но это было стихотворение, посвящённое той самой Оксане. Странно, я первый сборник прочитал от корки до корки, на там такого точно не было.
Бросив косой взгляд на Валеру, я заметил, как по его щеке скатилась слеза. Вот это да, вот это противник рифмы. Или у него так проявляется аллергия? Когда Илья, чуть не всхлипывая сам, закончил читать, зал взорвался аплодисментами, переходящими в овации. Возгласы восторга раздавались со всех сторон. Похоже, что для этого дня он приберёг нечто особенное.
Илья низко поклонился, собрал брошенные из зала цветы и ушёл со сцены. Когда вышел следующий чтец, я услышал, как меня кто-то зовёт полушёпотом. Это был Илья. Поймав мой взгляд, он махнул рукой, призывая двигаться на выход. Больше всего меня поразило, как неохотно уходил Валера.
— Ну если хочешь, давай побудем ешё, — предложил я, когда мы уже подходили к двери.
— Теперь в другой раз, — ответил он с нескрываемым сожалением на лице. — Но теперь я знаю, куда мне нужно привести Евдокию.
— А куда это мы едем? — поинтересовался Юдин, когда автомобиль такси проезжал по Дворцовому мосту.
— Скоро узнаешь, — хитро улыбнулся Валера. — Не торопи события.
Мне уже и самому интересно стало. Я ожидал, что он закажет кабинет в одном из ресторанов в центре Питера, но этот вариант уже отпадает. О цели нашей поездки я догадался, когда машина остановилась на Петровской набережной, недалеко от причала, где сиял в ярких вечерних солнечных лучах большой красивый белый катер. По размерам он был не меньше, чем у Боткина.
Мы поднялись по трапу на палубу, большая часть которой находилась под тентом с большими окнами впереди и по бокам. Стол был накрыт для пиршества, откуда-то вынырнула скрипачка и начала выводить смычком приятные мелодии.
— Ну вот, как-то так, — сказал Валера, разведя руками над накрытым столом. — Я бы ещё стихи послушал, но тогда мясо остынет.
— Ты это купил? — спросил я, обводя катер взглядом.
— Пока нет, всё выбираю, — ответил он, усаживаясь за стол и катер плавно тронулся в сторону Финского залива. — Потом подумал, а зачем мне его покупать? Чтобы раз в месяц покататься? Проще взять в аренду вместе с капитаном, если приспичит.
— Тоже верно, — кивнул я. — Да и денег эта штуковина стоит немалых.
— Денег у меня должно хватить, — сказал Валера, подняв руку ладонью вперёд. — Мне предложили выгодную рассрочку. Просто я пока не хочу покупать. Итак, господа-товарищи, я предлагаю первый тост не за дружбу, а за гениальнейшего поэта современности. За тебя, Илюша!
— За меня? — искренне удивился Юдин, но по лицу было видно, что доволен.
