В том, что Иосиф Матвеевич в это время уже будет на месте, я нисколько не сомневался. Мне сказали его знахари, что он всегда на работу приходит ни свет, ни заря. Поэтому и не стал звонить, чтобы сделать сюрприз. Машин на улицах было ещё не много, приехал даже чуть раньше, чем рассчитывал. Взял одну коробку с охладителем и направился в кабинет главного. Все сотрудники станции, встреченные мной на пути, здоровались и улыбались, значит признали за своего.
Сюрприз удался, когда я без стука с коробкой в руках буквально ввалился в кабинет Гартмана, у него чуть очки не подпрыгнули.
— Александр Петрович? — удивлённо воскликнул он. — Как неожиданно, могли бы позвонить.
— Здравствуйте, Иосиф Матвеевич, — сказал я и улыбнулся. — У вас там на двери звонок не работает.
— Простите, что? — округлил он глаза.
— Да шутка это, — хмыкнул я. — Хотел вам сюрприз сделать, вроде получилось.
— Ещё как! — улыбнулся наконец Гартман. — Что это у вас в коробке?
— То, о чём мечтают ваши работники, — продолжил я говорить загадками.
— Заинтриговали, — хмыкнул он. — Ну давайте, хвалитесь.
Я поставил коробку в центр стола, открыл и достал одну ампулу необычной формы — сбоку был дополнительный носик пару сантиметров длиной.
— Уже догадались? — спросил я, крутя ампулу у Гартмана перед носом.
— Пока нет, — помотал он головой. — Странная штуковина. И что это?
— Тогда сейчас продемонстрирую, — хитро улыбнулся я. — Положите руку перед собой и ничего не бойтесь.
Иосиф Матвеевич теперь уже неуверенно смотрел на диковинную ампулу, но руку на стол всё же положил. Я осторожно подпилил и надломил боковой носик ампулы. Оттуда начала бить тонкая длинная струйка прозрачной жидкости, которую я направил главному на область лучезапястного сустава. Жидкость с поверхности кожи мгновенно испарялась, а у испытуемого глаза полезли из орбит и упёрлись в очки.
— Ай-ай! — воскликнул он, отдёргивая руку и пытаясь другой рукой её согреть. — Ничего себе! Да я такого даже в самых смелых фантазиях не представлял. Наши возят с собой термоконтейнер со льдом в пакетах, но постоянно про него забывают и в итоге нечего приложить к месту ушиба или перелома на вызове.
— Этот вариант гораздо компактнее, — сказал я, надевая на носик ампулы специальный резиновый колпачок. — Можно постоянно носить с собой в дежурном саквояже и не надо постоянно менять. Просто положил и забыл, а когда понадобится — вспомнил и применил.
— Отличная штука, Александр Петрович! — радостно произнёс Гартман и протянул руку, чтобы я дал ему чудесную ампулу. — И что здесь?
— Хлорэтан, — сказал я. — Не сложно и очень эффективно.
— Замечательно, — Иосиф Матвеевич покрутил ампулу в руке и отдал мне. — Это у вас их целая коробка?
— Да, раздайте пожалуйста вашим знахарям вместе с бланками, которые я тоже для вас заготовил, — сказал я и подвинул коробку к нему. — Будем потом прикреплять к отчёту, чтобы вывести этот препарат в широкий оборот.
— Очень хорошее и удачное нововведение, — улыбнулся Иосиф Матвеевич, тщетно пытаясь сосчитать ампулы в коробке. — Все будут довольны. И знахари, и, тем более, пациенты.
— Вот и отлично! — подвёл я итог и улыбнулся. — Тогда я побежал дальше, пациенты сами себя не вылечат.
— А было бы здорово, да? — хохотнул Гартман, когда я был уже на пороге.
— А мы бы тогда пошли деревья сажать и клумбы многоярусные, — подмигнул я ему и быстрым шагом пошёл на выход.
Приехав в клинику отца, я первым делом выгрузил коробки с хрорэтаном в кладовку, потом взял из одной коробки нужное количество ампул, разнёс по кабинетам, объяснив всем, что это такое и как этим пользоваться. После работы надо будет заехать в лечебницу «Святой Софии» и вручить коробку Демьянову, им такое точно пригодится для быстрого обезболивания, а потом уже решать вопрос уместности местной анестезии.
Сегодня четверг, повторных пациентов с серьёзными диагнозами у меня не намечается. Простуды и обострившиеся артриты шли непрерывной чередой, у нас уже закончились салфетки для вытирания носов. Однообразие и монотонность резко отступили в сторону, когда открылась дверь и на пороге появился Николай с тревожным выражением лица. Я не успел у него ничего спросить, когда в кабинет работники скорой помощи ввезли каталку с пациентом. Шея человека в одежде строителя была фиксирована устройством, напоминающим наш воротник Шанца.
— Что случилось? — спросил я у Николая, который остановился рядом со мной, пока пациента без моего распоряжения перекладывали на манипуляционный стол. Я решил не спускать Полкана на них сейчас по такому случаю, похоже здесь серьёзная травма. — Падение с высоты?
— Да, — кивнул Шапошников. — Только упал не он, а на него. Сколько раз я ему говорил, отойди ты от лесов и пили свои рейки где-нибудь в стороне, не на долго хватало. Каждый день одно и то же. Говорит мол мне так удобнее, идиот.
— Так что случилось-то в итоге? — подвёл я его к более важной информации.
