Сев машину, я решил полюбопытствовать, что же такое этот банковский формуляр. На голубом конверте была надпись: «Северо-западный имперский банк». Я аккуратно вскрыл конверт и обнаружил там кроме пары сложенных листов с договором небольшой жетон с символом вышеуказанного банка.
В бумагах не было обозначено ни сумм, ни чего-то другого, что можно по идее показать для оплаты заказа. Это был просто договор банка с городской управой. Значит формуляр — это и есть тот самый жетон? У меня пара таких лежит в кошельке, я не придавал им значения, но и выкидывать не стал.
Чёрт, я даже не знаю, к кому пристать с вопросом, что это такое и как этим пользоваться. Я уже привык всегда пользоваться наличкой. Так это безналичная оплата типа банковской карты? Так, я знаю у кого можно спросить, и он не будет считать меня идиотом. А может и будет, уже несколько месяцев нахожусь в другом мире, а до сих пор не удосужился узнать, что это такое. Это позор, Саша, вот что это такое.
Приехав в клинику я первым делом пошёл в кабинет Корсакова, это единственный человек в этом мире, который знает обо мне больше остальных.
— Ты реально не знал? — выпучил он глаза. — Как ты жил-то до сих пор?
— Не сыпьте мне соль на рану, — тяжко вздохнул я. — Расскажите хоть вкратце, надо когда-то навёрстывать упущенное.
И он рассказал. Вот я олух Царя Небесного! Это реальный аналог нашей банковской карты, предназначенный для бесконтактной оплаты. А у меня в кошельке таких два! Я уточнил у Бориса Владимировича, как узнать баланс денежных средств на этом злополучном жетоне. Надо будет проверить при возможности, а то может я ношу с собой несметные богатства и понятия об этом не имею. Кто там знает, что успел накопить Саша, который жил в этом теле до меня.
На приём я опоздал совсем немного, но пациентов в коридоре было столько, словно я опоздал почти на час. Понедельник, что с него взять. За выходные у людей накипело, и они дружно прибежали к лекарю.
— Доброе утро, Света, — приветствовал я медсестру, пока надевал халат. — Не скандалили пока там за дверью?
— Доброе утро, Александр Петрович, — ответила она. — Пока нет, всё тихо.
— Давай тогда начинать побыстрее, чтобы у них и мысли об этом не было.
Несколько пациентов с простудой, один с язвой желудка, двое с обострением панкреатита. Потом зашёл пациент с несчастным лицом, держась за правый бок ближе к пояснице.
— Господин лекарь, — начал он страдальческим голосом. — Со вчерашнего дня места себе не нахожу.
— Болит только там, где держитесь? — спросил я. — Или ещё куда-то отдаёт?
— Отдаёт вниз по животу и в причинное место, — он пальцем показал путь иррадиации боли. — В туалет мочиться постоянно тянет, хотя особо нечем.
— А при мочеиспускании рези или жжения не было?
— Было вчера вечером, сегодня пока нет, — сказал он, вспоминая подробности своих страданий.
— Встаньте прямо пожалуйста ко мне спиной, — сказал я и проверил симптом поколачивания.
В области правой почки симптом резко положительный. Да уже и без этого было понятно, что у человека камень идёт по мочеточнику справа. Почечная колика это называется. Странно, что в этом мире я встретил такую патологию впервые.
— Ложитесь пожалуйста на стол на спину, — сказал я страдальцу. — Будем решать вашу проблему.
Кряхтя и пыхтя, мужчина забрался на манипуляционный стол и, поморщившись от боли, лёг на спину. Я положил ладонь на область правой почки. Ну, так и есть. Камень заблокировал выход моче из почки, за счёт чего последнюю раздуло, расширились чашки и лоханка, верхняя треть мочеточника. Ниже находился виновник торжества — камень около восьми миллиметров в диаметре. Дробить камни магией я пока не пробовал, вот теперь случай и представился.
Я решил начать с потока небольшой силы. Несколько секунд воздействия не принесли ничего, кроме того, что пациент начал громче кряхтеть. Болезненная для него процедура, судя по всему. Придётся мощность потока потихоньку увеличивать, а соответственно пациенту будет больнее и одним кряхтеньем он не ограничится.
— Свет, позови Корсакова пожалуйста, — сказал я.
А пока ожидаем нашего анестезиолога, попробовал немного усилить воздействие. Ну, так и есть, камень никуда не делся, а пациент уже начал постанывать. Я прекратил попытки и ждал, когда придёт мастер души.
— Уже успели по мне соскучиться, Александр Петрович? — бодро произнёс Корсаков, входя в кабинет.
— Да, как только вышел, уже соскучился, — улыбнулся я. — Ещё до того, как вышел, а только собирался, вот когда начал скучать. Стоило только представить, что сейчас выйду из кабинета и всё, не буду вас видеть. Аж слеза навернулась.
— Эк вы тему развивать умеете, Александр Петрович, — покачал он головой, улыбаясь. — Что тут у вас с утра пораньше?
— Почечная колика, — ответил я. — Со вчерашнего страдает, почка заблокирована.
— Понятно, — кивнул Борис Владимирович — Терпение у него уже кончилось. Ну, сейчас я дам отдохнуть от боли, сию минуту.
