Ладно, ерунда, надо просто немного подумать. Интенсивность кровотечения благодаря моим хоть и тщетным стараниям всё же значительно уменьшилась. Я начал сканировать непосредственно сам сосуд, выискивая в нём слабые места и нашёл. На небольшом удалении от опухоли, буквально в паре сантиметров, находился выраженный изгиб. Я начал прижигать мягкие ткани в непосредственной близости от стенки сосуда именно в области изгиба, просвет сосуда удалось уменьшить таким образом почти в три раза.
Теперь я направил лучик под внутреннюю оболочку артерии, заставив вздыбившийся эндотелий перекрыть просвет полностью. Точечное воздействие на эндотелий в зоне прижатия помогло запаять артерию окончательно. Для пущей уверенности я прошёлся вдоль нарушителя спокойствия вплоть до места его выхода в центре новообразования. Фиг ты у меня покровоточишь теперь!
Пока я укрощал строптивого, в желудок набежало стакан крови не меньше. Значит снова из заднего портала будут выходить демоны с жидкой чёрной тьмой. Скажу ей, что это остатки уничтоженного адского гнезда, чтобы не переживала.
Шутки шутками, а работы осталось ещё много. Хорошо хоть зажаренная до румяной корочки артерия в центре опухоли больше не будет мне докучать. Чтобы исключить повтора ситуации, я детально просканировал оставшуюся часть новообразования и стенку желудка вокруг неё. Не увидев угрозы, я продолжил.
На достаточное укрепление стенки желудка за счёт вновь созданной рубцовой ткани ушло ещё минут пять, после чего я перешёл к завершающему этапу и полному удалению новообразования.
Убедившись, что основной очаг уничтожен полностью, до последней зловредной клеточки, я перешёл к метастазам. Энергии в ядре ровно половина, значит я сегодня процесс смогу завершить. Ещё десять минут, на удаление всех узлов в сальнике и воротах печени, с тщательным сканированием после удаления каждого.
Последний неправильный лимфоузел уничтожен. Тщательное сканирование всех органов брюшной полости, грудной клетки, таза, паховых лимфоузлов не выявило других метастазов. Теперь можно и закругляться.
— Буди, Кать, — сказал я и направился к столику за чашкой кофе, заботливо подготовленной Светой.
Я не проверил уровень энергии в ядре по завершении процедуры, то чувствовал, что больше четверти. Присущей истощению слабости я не чувствовал, кругов перед глазами не было, общее самочувствие вполне себе гоже. Вот и отлично.
— Что это было? — прокряхтела женщина, открыв глаза.
— Это было исцеление, — сказал я. — Мне стоило немалых усилий, но могу вас поздравить, демоны изгнаны полностью. В ближайшие сутки ожидайте последний выход тьмы с их останками.
— Какой ещё тьмы? — удивилась пациентка. — Я не понимаю о чём вы говорите. Поясните свои слова, господин лекарь.
В последней фразе прозвучали властные нотки. У меня возникло впечатление, что передо мной сейчас совершенно другой человек. Королева, однако, осталась на месте, только похоже разговор про демонов необходимо срочно замять.
— У вас было злокачественное новообразование в желудке, в центре которого находилась глубокая язва, — начал я объяснять, не упоминая больше об акте экзорцизма. — Именно эта язва и кровоточила, что обеспечило окрашивание экскрементов в чёрный цвет.
— То есть это рак? — в её глазах промелькнул испуг, с которым она мгновенно справилась и через секунду смотрела на меня спокойно и уверенно.
— Да, это рак, — кивнул я. — Был рак, потому что я полностью убрал опухоль и все метастазы, так что теперь этой гадости у вас нет.
— Полностью всё убрали? — спросила она, глядя на меня с некоторым недоверием. — А такое возможно?
— Возможно, сударыня, — кивнул я, улыбаясь. — И я это сделал. Вы просто попали в нужные руки, я целенаправленно занимаюсь онкологией и пишу книгу на эту тему.
— Надеюсь вы прекрасно понимаете, что упоминание моей персоны в вашей книге недопустимо? — спросила она, сощурив глаза.
— В книге фамилий пациентов я упоминать не буду в принципе, это и не требуется. Главное — описание клинического случая, способа лечения и индивидуальных особенностей.
— То есть опухоль полностью удалена, и я могу идти, правильно я понимаю? — спросила женщина, удовлетворившись моим ответом.
— Да, можете потихоньку вставать, одеваться и идти домой, — подтвердил я. — Только в ближайшие дни пища должна быть жидкая или полужидкая и ни в коем случае нельзя есть ничего острого и жареного. В идеале дробное питание. Завтра мне нужно вас ещё раз осмотреть, чтобы проверить, а при необходимости укрепить рубец стенки желудка.
— Понятно, — буркнула она, поднимаясь с манипуляционного стола.
Я пытался придержать её за локоть, чтобы помочь встать, но она дёрнула рукой, неоднозначно намекая, что в моей помощи не нуждается. Да ради Бога! Впрочем, она справилась самостоятельно и ни разу не покачнулась.
— Как вы себя чувствуете? — спросил я, хоть и не хотелось. Но нельзя делать различия между приятными и неприятными пациентами, ответственность в любом случае одинаковая. — Голова не кружится? Не тошнит?
— Нет, всё в порядке, — отмахнулась она и направилась к выходу.
