— Вот вследствие лечения последних и остался дискомфорт, но он скоро пройдёт, — пообещал я. — А сосуды я дообследовал, там всё хорошо, можете про них не думать.
— Это хорошо, — произнёс мужчина, вытянул перед собой руки и покрутил кистями, посжимал кулаки. — Онемения и похолодания нет. И правда всё нормально.
— Ну вот, — улыбнулся я. — А вы переживали, не верили мне.
— Признаю, был не прав, — улыбнулся пациент. Его улыбку я вижу впервые и это уже радует. — Мне действительно гораздо лучше.
— Тогда можете вставать, на сегодня всё, — сказал я и отошёл от стола, чтобы ему не мешать.
— Спасибо, Александр Петрович, выручили меня, — произнёс мужчина, поднимаясь. — А то я уже места себе не находил.
— Нужно будет показаться ещё раз через неделю, для контроля, — предупредил я его.
— Без проблем, обязательно покажусь, — кивнул он, надевая сюртук. — Только вот записаться к вам теперь невозможно, как быть?
— Приходите, как и сегодня, к восьми или чуть раньше, — ответил я.
— Хорошо, — кивнул он и снова улыбнулся. Прямо бальзам на душу, похоже Катино вмешательство помогло, как и в случае с Зоей Матвеевной. — Вы свободны, можете идти.
— Ещё раз спасибо, Александр Петрович, — сказал он, уже стоя на пороге. — Я зайду, пожалуй, к Анне Семёновне, надо бы извиниться.
— Замечательный порыв, — кивнул я. — Буду вам очень признателен. Только сделать это сейчас будет очень нелегко, там большая очередь, которая вас вперёд вряд ли пропустит.
— Да я знаю, — вздохнул он. — К такому хорошему специалисту и должна быть очередь. Но я никуда не тороплюсь, подожду.
На душе сразу потеплело. Трудно даже представить, скольким людям Катя сейчас облегчила жизнь. И у пациента по-другому глаза на мир открылись, и все окружающие, которых он постоянно третировал, вздохнут с облегчением.
— Кажется получилось, — улыбнулась Катя, когда дверь за пациентом закрылась.
— Мне тоже так показалось, — подтвердил я. — Тебе наверно пора психиатрическую клинику открывать.
— Ну уж нет, — замотала она головой. — Мне и тут неплохо. Да и с тобой рядом никогда не соскучишься.
— Спасибо сестрёнка, — улыбнулся я. — Мне нравится с тобой работать и не отпущу тебя ни в какую психиатрическую клинику, пусть этим другие занимаются.
— Полностью согласна! — воскликнула Катя и продемонстрировала большой палец.
— Доброе утро! — бодро приветствовал Жеребин, входя в кабинет. — Давно меня ждёте?
— Даже не успели соскучиться, — рассмеялся я. — Не переживай, это я тут вчерашние долги возвращал.
— Тогда начинаем? — спросил он.
— Ага, начинацию операем, — буркнул я, думал, что себе под нос, а он в итоге услышал.
— Чего? — вскинул брови Жеребин.
— Не обращай внимания, — махнул я рукой. — Так, абракадабра. Зови пациента.
Мы с Константином Фёдоровичем ударно потрудились до самого обеда, даже немного опоздали за стол. Всё это время я старался не думать о сегодняшнем вечере и даже почти получалось, а вот пока макал ложку в суп всё нахлынуло с новой силой.
— Ты чего это, Саш, так резко погрустнел? — спросил Виктор Сергеевич, смерив меня заботливым взглядом.
— Да вы вроде в курсе, — бросил я, заставляя себя съесть хотя бы суп, про второе уже не говорю, аппетит куда-то улетучился, а силы надо восстанавливать.
— В курсе, — кивнул Виктор Сергеевич. — Но какой смысл так себя убивать? Это сейчас никак не поможет.
— А что случилось-то, Сань? — взволнованно спросил Илья.
— Потом расскажу, — отмахнулся я.
— Что значит потом? — возмутился Илья. — Друг я тебе или нет? Я же вижу, что у тебя какие-то проблемы.
— У меня нет проблем, — вздохнул я. — Проблема не у меня.
— У кого-то из близких? — не угоманивался Юдин.
— Илюх, ну правда, я не могу пока распространяться, — сказал я и виновато посмотрел на начинающего страдать за меня друга. — Потерпи немного, потом всё расскажу. Со мной правда всё в порядке, и с семьёй тоже.
— Ну хорошо, — пожал плечами Юдин, надул губы и уткнулся в тарелку.
Я не стал дальше оправдываться, да никто в принципе уже и не пытался выяснить причины моего плохого настроения. Так, нужно собраться, Виктор Сергеевич прав, что так себе не поможешь, а только ухудшишь ситуацию. На процедуру дознания я должен прийти с горячим сердцем, холодным рассудком и уверенными руками, нечего трястись, как лист на ветру, это ни к чему хорошему не приведёт.
— Ну вот, совсем другое дело, — улыбнулся Виктор Сергеевич, наблюдая за моей трансформацией из напряжённого в уверенного в себе и своих силах человека. — Теперь, как говорится, смело в бой!
Юдин открыл было рот, чтобы снова что-то спросить, потом передумал и начал накладывать себе второе. Я немного подумал, потом сделал то же самое. У меня должно быть достаточно сил, чтобы реализовать свои способности по полной программе, если это понадобится.
— Кстати, Анна Семёновна, — внезапно я вспомнил, что хотел у неё спросить. — К вам приходил извиняться тот недовольный пациент?
