Чёртов Пак Чимин и его язык без костей.
Тэхён увидел, как расстроили Дженни слова его приятеля. Не друга, нет. Чимин учился с ним в одной группе, но был не тем человеком, с которым Тэхёну хотелось сближаться. Чересчур прямолинейный, чересчур острый, чересчур наблюдательный. Он ничего не упускал из вида, и, кажется, получал особое удовольствие, ставя людей в неловкое положение. Даже если люди эти ему ничего плохого не сделали.
Чимин был умён и безжалостен, однако Тэхён, в универе имеющий облик славного, но глуповатого богатенького парня, обычно под его карающую руку не попадал. Слишком он был невыдающийся, слишком скучный. И тут, надо же, его с Дженни отношения, про которые даже нельзя было сказать, что развиваются стремительно, стали предметом его анализа.
Да, начали они не со свиданий, а с постели, но в итоге пришли и к свиданкам. Она, как и Тэхён, не любила выбираться куда-то далеко и делать что-то экстремальное. Обмолвилась только, что ей намного больше нравится дома, и Тэхёна это устраивало. Ему тоже дома было спокойнее. Ещё можно было показывать ей свои любимые фильмы и аниме, и, хотя она засыпала на середине, уставая от своей работы, всё равно в процессе вкидывала вполне неплохие и состоятельные замечания, поэтому времяпрепровождение выходило замечательным. Они часто шатались по модным кофейням и маленьким ресторанчикам, пробовали все виды сидра в небольших барах, куда вмещалось максимум по пятнадцать человек, успели покататься на аттракционах, пока их на зиму не закрыли, хотя Дженни не очень любила высоту, но зато с удовольствие кружилась на всех видах каруселей. С ней было хорошо.
Почему Тэхён не говорил ей, что любит?
Ему было сложно понять собственные чувства, поэтому, отвезя её домой, он направился к Чонгуку. Тот часто служил его моральным ориентиром и экспертом человеческих отношений, к чьим советам не прислушивались, но чьему мнению внимали.
– Погоди, я не понимаю, в чём проблема? – Чонгук так и не поднялся с компьютерного стула, сидел, закинув ноги на стол, в одних трусах, и только прихлёбывал энергетик, пытаясь понять, о чём его хочет спросить Тэхён.
– Как думаешь, она мне нравится, Дженни? – Глупая постановка вопроса, но он сам не мог сообразить, о чём конкретно надо спрашивать.
– Конечно! Иначе с чего бы ты с ней так долго тусовался?
– Она говорит, что любит меня, – Тэхён чуть запнулся на этом странном, инородном слове – «любит», – вроде не врёт.
– Тоже мне новости, – Чонгук хохотнул, – да это невооружённым взглядом видно.
– Правда?
– Тэхён, ты слепой что ли? – Парень искренне удивился, скинул ноги со стола, сел поудобнее. – Да она, когда тебя видит, светиться начинает. Она от тебя на шаг отойти не хочет. Когда ты в другой комнате, ей на месте не сидится, пальцы себе выламывает. Зато как ты зашёл – сразу улыбка такая, будто ты – миллиард баксов. Ты только захочешь себе вина подлить, а она уже это сделала. Только возьмёшь жрачки какой, она уже прочекала, чтобы там миндаля не было! – Он нахмурился, выразительно поиграл бровями. – Я сколько лет тебя знаю, а и то не в курсе был, что у тебя аллергии какие-то есть.
– Потому что она не сильная, – Тэхён смутился. Это была не то чтобы аллергия, скорее просто его несовпадение с миндалём. У него начинало немного першить в горле и краснели щёки. Ничего серьёзного, он об этом и не задумывался никогда. Ещё с детства помнил, что уж совсем горстями орехи поедать не стоит, но, если они есть в каком-то пироге, то ничего особо страшного с ним не случится. А Дженни заметила. У неё у самой была аллергия, правда сильная, она рассказала, что в детстве поменялась с сестрой тарелками, и съела из её – маленький кусочек рыбы, а потом на месяц отправилась в больницу на скорой, так ей стало плохо. Он пытался сказать ей, что не стоит преувеличивать риски, но Дженни всегда отвечала: «Зачем подвергать себя опасностям?», и доставала работников кофеен вопросами, точно ли в их десертах не использовалась миндальная мука.
Он вообще заметил, что Дженни порой переходила границы, вела себя с ним, как с ребёнком. Напоминала одеваться теплее, подхватывала у него из рук кастрюли с горячей водой, забирала тяжёлые пакеты с продуктами. Сперва Тэхён даже обижался, не понимал, зачем она так себя ведёт. И только после того, как она в очередной раз потащила пятилитровую бутылку с водой, не выдержал и спросил, в чём дело.
Дженни долго не могла уловить, что не так. Потом, задумавшись, ответила: «Это привычка, наверное. Я же за сестрой ухаживаю. Она и сама почти всё делать может, но, когда я дома, хочу, чтобы ей было максимально комфортно. А до этого ещё за мамой часто приглядывать приходилось». Тэхён тогда догадался, что такая вот гиперопека – это один из её способов проявить привязанность. И с того разговора, всякий раз, когда она подрывалась, чтобы принести ему что-то, едва он об этом заикнулся, он останавливал её и говорил: «Это я. Могу сам о себе позаботиться». Она смеялась и кивала, а потом требовала, чтобы он позаботился и о ней. Тэхён был не против.
– Как понять, что человек тебе нравится?
