– Мэтр, скажите, а чем вы здесь занимаетесь? – Цепко схватила его за рукав.
– Я? – растерянно переспросил собеседник.
– И вы, и Сав… саэр Крэаз. Что вы вдвоем делаете в этом месте… – собиралась добавить «ночью», но, кинув еще один взгляд за окно, поняла, что меня с самого начала неосознанно смущало, – на улице было светло. Это у нас в Сэйти Аэрэ приближалась ночь, а в Альбирре давно уже наступил день. – … рано утром, – закончила поспешно.
– Ну, не такое уж оно раннее, – буркнул мужчина и отвел глаза. А у меня болезненно дернулось сердце.
– Господин Гарард? – позвала настойчиво. Заметила его недоумение, сообразила, что по привычке обращаюсь к нему как простолюдинка, и тут же исправилась: – Мэтр…
– Дело в том, сирра Кателлина, что это дом наложницы господина… – неуверенно пробормотал маг.
– Мне это известно.
– Да? – Во взгляде целителя мелькнуло нескрываемое облегчение. – Замечательно! То есть хорошо, что вы так сдержанно к этому относитесь. Я, конечно, понимаю, наидам обычно все равно, сколько наложниц у господина и как часто он их посещает, но вы с хозяином так необычно вели себя, особенно там, в Эфраде. Вот я и предположил… вам будет неприятно, что у него появилась новая наложница.
Она еще и новая?!
Стиснула зубы, досчитала до пяти – дойти до десяти не хватило терпения – и спокойно… почти спокойно попросила:
– Пожалуйста, объясните все с самого начала. Надеюсь, это не тайна, и вы не обязаны ничего скрывать?
– Да какая уж тут тайна! – собеседник махнул рукой. – Саэр Крэаз очень переживал после вашего исчезновения, а в последнее время вообще стал сам не свой, вот повелитель и надумал его отвлечь. Недавно сделал неожиданный подарок… на правах старшего родственника. Нет, вы не сомневайтесь, там все по закону. Девушка согласна, а контракт с ней очень щедрый, между прочим, – от имени Крэаза император подписал. Да и то сказать, нара удивительно хороша. Первый раз такую красивую простолюдинку встречаю.
– И что… Саварду она тоже… понравилась? – каждое слово давалось с огромным трудом, безжалостно царапая пересохшее горло.
– Чего не знаю, того не знаю, – пожал плечами целитель, – могу только сказать, что саэр не провел с ней ни одной ночи и вообще первый раз навестил сегодня утром. Все эти дни мы находились в семейной резиденции Эктаров, и он никуда оттуда не отлучался.
Благоразумно подавила желание расспросить, чем же сиятельный там занимался. Не Фису ли случайно навещал? Успеется… потом выясню.
– Вернулись и сразу сюда, – продолжал между тем Гарард, не замечая моего смятения. – Саэр Крэаз решил досрочно разорвать контракт с этой нарой. С большими отступными, разумеется. Меня вот привел в качестве свидетеля. Что с вами, сирра Кателлина?
Облегчение. Бесконечное, невыразимое… Оно нахлынуло так внезапно, мгновенно затопив меня с головой, что я даже покачнулась. А потом пришла ярость.
Ну, Раиэсс, спасибо тебе! От всей моей успевшей издергаться души и чуть было не разбившегося сердца. Я тебе тоже сюрприз приготовила. И если раньше собиралась сначала поговорить, предупредить, но теперь точно не стану этого делать.
– Гарард, – дверь в гостиную резко распахнулась, и на пороге возник хмурый Савард, – идем, нужна твоя подпись.
Один удар сердца, другой…
Казалось, прошла целая вечность, пока мы, замерев, жадно всматривались друг в друга, и наконец я услышала ликующее:
– Кэти!
Через мгновение сиятельный уже стоял рядом. Стиснул меня в объятиях, а потом, отстранившись, встревоженно спросил:
– У тебя все в порядке? Что ты здесь делаешь?
– Ревную, – ответила честно.
– Как это? – озадачился Савард, причем совершенно серьезно. – Зачем?
Он не шутил, не лукавил – действительно не понимал.
Вот землянин в подобной ситуации в объяснениях не нуждался бы, сразу бы сказал: «Дорогая, ты все не так поняла» – на всякий случай – и только потом начал бы разбираться. А у этих высокородных все не как у людей. Вспомнила Наланту, которую абсолютно не смутило, что ее ненаглядный Аллард заключил контракт с нарой. Мда… В четко организованном обществе саэров просто не осталось ни места, ни поводов для ревности.
Сирры никогда не делили между собой мужчин и, убеждена, не переживали, а напротив, искренне радовались, когда те заводили новых наложниц. И уж точно не срывались с места, обуреваемые самыми противоречивыми эмоциями, чтобы лично удостовериться, что их подло обманывают.
Саэры и подавно не опасались, что жена или наида заведет себе любовника. О каком сопернике может идти речь, когда эти несчастные любую близость переносили с огромным трудом? Ну а нар было слишком много, чтобы зацикливаться на какой-то одной. Не эта, так другая – всегда найдется хорошенькая простушка, мечтающая за приличное вознаграждение некоторое время ублажать в постели щедрого господина.
Так что слово высокородные знали – в языке наров оно все-таки имелось, а вот самим мучиться, сомневаясь в любви и искренности того, к кому испытываешь самые страстные чувства, не доводилось. Ну ничего, научатся.
