Не смогу стать женой незнакомцу. Противно ощущать себя безропотной овцой. Одно дело сдерживать эмоции и покорно принимать справедливое наказание за совершенный проступок и совсем другое - собственными руками позволить сгубить всю дальнейшую жизнь. Все планы и мечты, которыми я утешала себя после очередного подавления собственных желаний, летели в тот самый долбанный Хаос, куда меня собирались отправить родители, да еще и с улыбкой. Папочка сам не понимал, какого вырастил монстра, взрастив во мне чувство дикой гордости и привив ему самостоятельность. И этот самый гордый нрав смирять совершенно не хотелось. С каждым годом я все отчаяннее пыталась отвоевать себе право распоряжаться собственной жизнью, благо примеры перед глазами были. Поступить согласно воле отца - означало потерять самоуважение и превратиться в одну из стаи лицемерных девок, которых Аледар с потрясающим постоянством таскал в постель одну за другой. Не хочу! Чтобы придумать как поступить - оставалась только одна ночь.
Если бы я знала, что случится завтра, могла бы не напрягаться, но в преддверие дня рождения, все казалось вдвойне обидным. Забылись даже планы мести гному, задавленные грузом новых проблем.
Мыслей и вариантов роилось масса, и все, как избежать нежелательного замужества. Но сначала я решила поговорить с мамочкой и спросить ее совета. Она должна была меня понять и поддержать. С этими мыслями, я яростно шмыгнула носом и потопала к мамочке.
***
Осторожно ступая по коридорам замка (ибо время было позднее и, по идее, мне полагалось давно спать), я подошла к высоким двухстворчатым дверям, открывающих анфиладу родительских покоев. Тихонько проскользнула в них и прокралась на цыпочках дальше. Папочку видеть не хотелось, а если быть честной, я просто боялась, что он уже знает о происшествие в трактире. Так что, я хотела подать мамочке знак, чтобы она вышла ко мне. Мне жизненно был необходим ее совет, а зная о том, что почти до шестнадцати лет она и сама жила на Земле, надеялась на поддержку. Вся надежда была только на нее. Если быть краткой, во всем Римангаре, только она одна могла понять серьезность моих желаний и упорство, с которым я пыталась сопротивляться воле отца. И хотя, это была вопиющая непокорность, дикая для любой представительницы нашего патриархального мира, отступать я не собиралась.
Тяжелая дубовая дверь выросла передо мной и заставила остановиться. Сделав несколько глубоких вдохов, пытаясь утихомирить бурю в душе, я крайне осторожно толкнула ее, приоткрывая и заглядывая в узкую щель. Выбивавшийся из щелки яркий пучок света немного ослепил глаза, привыкшие к темноте. Несколько раз сморгнула и замерла на месте, забыв про дыхание.
Родители вовсе не спали, а разговаривали в гостиной, скорее даже спорили, что было немыслимым и дико непривычным. Но напряженный тон обоих не оставлял другой трактовки - мягко возражающий голос мамочки и решительные ответы отца, приправленные нежными обращениями. А я в очередной раз поняла, что подслушивая - можно узнать много интересного. Прильнула к двери и застыла, жадно вслушиваясь в разговор. Особенно меня поразила многословность папочки. А разговаривали они обо мне...
***
- Конн, прошу тебя, не поступай так. Алиана слишком молода и недостаточно уверена в своих силах. Эргарис сломает ее как соломинку, даже не заметив этого.
- Дорогая, с чего ты это решила? Молодой Эргарис вовсе не похож на своего дядю, иначе я бы не согласился на этот союз. Не знаю как, но отказал бы Ветгару. Темные давно в поле моих интересов, а с тех пор как молодой Тор"Диар взошел на трон, я постоянно слежу за его жизнью и надо сказать, что донесения меня радуют. Он подошел к правлению крайне осознанно, его действия тщательно выверены и поражают нестандартным подходом. Только одно то, что он не стал насаживать свою политику, ломая человеческие души, как любил делать старый Ветгар, а аккуратно поставил на все ключевые позиции верных людей, заставляет меня уважать его. Он меняет под себя мир, но делает это крайне осторожно, не допуская беспорядков. И учти, он еще совсем молод и поддержки у него не было. В одночасье, оставшись один на один с Империей, раздираемой противоречиями, Эргарис сумел выстоять, победить и при этом не прибегал к своему дару без особой нужды. Недовольны им только маги, но думаю, со временем он решит и эту проблему. Я буду спокоен за Алиану, когда она станет его женой.
- Милый, ты и сам знаешь, насколько притягательна власть над умами и душами людей. Моя прабабка была сильным эмпатом и если по молодости она лечила людей и утешала страждущих в силу доброго нрава, то под конец жизни стала безжалостным палачом для многих, убивая недовольных одним лишь взглядом.
- Я знаю про нее. Насколько я помню, ее казнили, закляв в послесмертие искупить все, что она натворила.
