- Только не трогай этот кинжал, Тим, — предупредила женщина, поняв, на что уставился ее сын. — Это оружие Призрачного Пса. Любой, кто пытался его вытащить — умирал. Уж не знаю, за что мы удостоились такой милости, но только благодаря его защите нам удалось продержаться столько времени. Харк ведь ни копейки нам не давал! А тут еще бандиты объявили нашу улицу своей территорией и стали требовать плату за право здесь жить. Твои сестры должны были отдаваться им по очереди, представляешь? Но совершенно неожиданно появился Призрачный Пес и воткнул кинжал. С тех пор большинство этих мерзавцев оставило нас в покое. А когда находился кто-то непонятливый — то ничего не успевал сделать. Все знают, что тени не имеют магии, но клянусь, мне кажется, он способен телепортироваться, появляясь каждый раз из ниоткуда и убивая наших обидчиков. Ты уж, если встретишь его в своей Гильдии, скажи обязательно от нас «спасибо»…
- Спасибо, — пробормотал Липучка, все еще рассматривая кинжал. Он никогда не думал, что архан пойдет на то, чтобы тайно оберегать его семью…
- Пожалуйста, — ответил Зиргрин. — Полагаю, раз ты вернулся, то сможешь обеспечить своей семье должную защиту, так что этот кинжал здесь больше не нужен.
Липучка все еще не находил слов. В то время Зиргрин был Тенью Ренана, его связали такими заклятиями, что Тиму даже думать не хотелось о том кошмаре, в каком архану приходилось жить. Но он все равно помнил о его семье, хотя совершенно не был обязан защищать их.
Конечно, Липучка не знал, что именно с подачи Зиргрина его не отпускали из столицы. Его друг чувствовал себя виноватым, так что решил хотя бы обеспечить безопасность семье парня, раз уж не позволял тому делать это самостоятельно.
- Не трогай! — воскликнула мать Тима, увидев, как Зиргрин неспешно потянулся к кинжалу.
Вот только ее никто не послушал. На глазах у испугавшейся за него женщины, Зиргрин вытащил из косяка свое оружие. Задумчиво крутанув его в руке, он убрал кинжал, после чего взглянул на мать Липучки.
- Я просто присматривал за вами, раз уж был здесь.
- Ты же не можешь быть Призрачным Псом… Я слышала, что он зург… — мать Липучки совершенно потеряла связь с реальностью.
- Он архан, — заговорил, наконец, Липучка. — Если бы не маскировка, то он бы даже шагу спокойно не смог ступить.
- Быть того не может…
- Я же говорил, люди меня боятся, — произнес Зиргрин, наблюдая, как остолбенела перед ним женщина. Парень решил, что пора удалиться. — Зря я сюда пришел. Для них я всегда буду чудовищем.
- Нет! — воскликнула отмершая мать Тима, схватив архана за руку. — Ты не чудовище! Пойдем, пойдем в дом, ну же! Великие боги, что ты о себе надумал? Призрачный Пес — герой Керма. Как кто-то может считать тебя чудовищем? После всего того добра, что ты сделал?
- Какое еще добро…
Тем не менее, Зиргрина затащили в дом и усадили за стол. Впрочем, парень не особенно сопротивлялся.
Это было совсем небольшое жилище. Собственно, здесь была всего одна комната, в которой ели, спали, готовили. Сев на скамейку, которая ночью служила кроватью, Зиргрин пытался понять, как реагировать на происходящее. Его буквально окружили заботой с первого мгновения. Мать Тима даже на миг не показала к нему никакой неприязни. Конечно, было заметно, что она испытывает страх, но женщина просто игнорировала это чувство, продолжая относиться к архану так, как относилась к Липучке. Она забрасывала их вопросами о их жизни, пока хлопотала у печи.
Зиргрин же слушал в пол уха и отвечал автоматически, буквально прикипев к вороху старых одежд, под которым кашляла девочка лет тринадцати. Очевидно, Еша родилась после того, как Ренан вынужден был бежать от спятившего отца. Липучка тоже с интересом посматривал в ту сторону, вот только увидеть заболевшую сестру было крайне трудно, а тревожить ее он не хотел.
- Как давно она болеет? — спросил архан, собирая вокруг Еши подконтрольных духов, со всех сторон изучавших ее энергетическое состояние.
- Семь дней. Вначале думали — простыла, но становится хуже…
- Это не болезнь…
Он поднялся и подошел к спящей девочке, сдергивая с нее все одеяла.
- Что ты говоришь? — тихо спросила мать Тима.
- Это не болезнь. Проклятие.
Липучка, который тоже подскочил к кровати Еши, сжал кулаки.
- Проклятие, говоришь? Кто мог проклясть ее? Зачем?
- Не ее, — ответил Зиргрин. — Это проклятие отзывается на род. Скорее всего, на тебя тоже бы влияло, если бы ты не был тенью. На твоей матери его нет, значит, оно перешло по отцовской линии. Кто-то проклял Беспалого. Так сильно проклял, что это отзывается на его детях!
Зиргрин взглянул на женщину, после чего стал извлекать из своего пространственного артефакта все самые мощные настойки на основе собственного яда, какие только успел сделать.
- Этого должно хватить надолго. При нужде я сделаю еще больше, но здесь и без того запасов на пару лет. Пусть пьет раз в день. Но лекарства только снимут симптомы…
- Как снять проклятие? — спросил Липучка, скорее размышляя, чем ожидая ответа. Но ответ пришел.
