- Ну что тебе сказать про Сахалин, - хохотнул земляк, видимо, казавшийся самому себе сейчас весьма остроумным, - мальчик у нас на особом положении. Личный так сказать помощник господина майора Малиньша.
При упоминании этой фамилии я поежился: еще в учебке имел сомнительное счастье лицезреть ее обладателя. При взгляде на этого человека приходило на ум только одно определение: истинный ариец. Понятно, что майор имел прибалтийские корни, но уж очень пошла бы ему форма оберштурмбанфюрера СС и замечательно бы подчеркнула и высокий рост и отличную атлетическую фигуру. Никогда не забуду вымораживающий взгляд его серых глаз и плотно сжатые губы. За ту секунду, что он смотрел на меня, я чуть не поседел.
- Родственник какой-нибудь, - предположил один из старослужащих, рыжий такой парень с веснушками.
- Какой нафиг родственник! – возразил заплетающимся языком Вадик. – Мы тут когда в увольнительную ходили, видели, как он возле дома майора крутился, и не в форме, хочу вам заметить, а в обычной футболке и трениках, и на шее у него засос был. Голубцы они с майором, понятно?
- Фу-у, - скривился рыжий, - ненавижу.
- Да ладно, мы близко не подходили, откуда ты там засос-то разглядел? - поддел Вадика еще один парень. – Он, скорее всего, просто по хозяйству помогает, повезло парню, не служба, а синекура.
- Зрение у меня хорошее, - пробурчал тот, - а ты как педика ни назови, все одно пидорас!
- Ребят, - примирительно сказал рыжий, - поздно уже, пошли покурим и спать, а?
- Ладно, - Вадик, пошатываясь встал и, одернув гимнастерку, направился в сторону туалета, почти даже не шатаясь.
Мы с Ванькой зачем-то поперлись следом, хотя и не курили.
- Почему эти уроды всегда хорошо устраиваются? – затягиваясь разглагольствовал Вадик.
- Вадь, перестань, - пытался одернуть его рыжий, - успокойся уже.
- Вот ты, - его осоловевший взгляд остановился на мне, - ты смог бы с мужиком поцеловаться?
- Мне это никогда и в голову не приходило, - абсолютно искренне ответил я.
- Во-от! – наставительно произнес парень, - ответ настоящего мужика.
- Вадь, пойдем, - стали тянуть друга к выходу из сортира его приятели.
- Нет, - он упирался и не хотел никуда идти, - мне надо…
Что ему было надо, мы так и не узнали, потому что в дверном проеме показался сам возмутитель спокойствия.
Теперь я смог рассмотреть его получше. «Симпатичный парень», - невольно отметил я мысленно. Блондин покосился на нашу компанию и прошел к ближайшей кабинке.
- Плавной походкой от бедра, - зачем-то противным голосом сказал я, привлекая внимание к парню, тот поспешно свернул к ближайшей кабинке, но к несчастью прошел он слишком близко к Вадику, и тот пьяно заржал, показывая на ключицу парня.
- А вы мне не верили, а засос-то – вот он! Пидор! Бей пидоров, спасай Россию! – заорал он, кидаясь на не ожидавшего нападения парня.
В первый момент тот опешил и пропустил несколько беспорядочных ударов, но затем, спохватившись, от души врезал Вадику, и пьяный товарищ отлетел к стене.
- Сука! – взревел он, вытирая кровь с разбитой губы, и снова кинулся на обидчика, впрочем, без особого успеха. Драться парнишка, оказывается, умел весьма неплохо.
Стерпеть, что бьют товарища, остальные не смогли и кинулись всем скопом на яростно сопротивляющегося блондина. Дракой это теперь было уже нельзя назвать, скорее мочиловом. Когда на одного нападают сразу пятеро, шансов у одиночки немного. Адреналин гулял в крови, и даже я пару раз приложил кулаком куда-то в бок парню, впрочем, я как-то быстро понял, что не стоит этого делать и даже попытался остановить разошедшихся парней, но кто бы меня услышал. Драка закончилась только тогда, когда телом блондина снесли умывальник, произведя при этом жуткий грохот.
На шум прибежал и дежурный и около десятка старослужащих, наорали на нас, велели привести себя в порядок. Помогли умыться блондину и дотащили до койки. Мы до своих спальных мест добирались самостоятельно.
«Вот тебе и днюху отметили», - думал я, лежа под тонким одеялом и пытаясь согреться, не понимая, что трясет меня не от холода, а от нервов. Парня было жалко. Голубой он там или розовый, в любом случае избили-то его вообще не пойми за что: то ли из зависти, то ли от отвращения. Было стыдно за себя и хотелось верить, что парнишка не очень сильно пострадал, но моим надеждам не суждено было сбыться: утром блондина в срочном порядке отправили в госпиталь. Я видел, как из ворот части выезжала скорая, где на носилках лежал бледный до синевы еще вчера цветущий молодой человек.
- Пиздец нам, - подошел ко мне за завтраком хмурый Вадик, - у него повреждения внутренних органов и кровотечение, в реанимации сейчас. Хоть бы выжил. Только нам дисбат по-любому светит. Такие вот коврижки с пирогами.
Я уронил ложку, чувствуя, как по телу разливается противная слабость, но винить в происшедшем кроме себя было некого. Может быть, если бы я сумел промолчать, то и никакой драки и не было…
Глава 5
