В Темной Империи простолюдины редко сражались. Разумеется, в крупных стычках участвовали добровольцы из простых людей, не обходилось и без отрядов профессиональных наемников, но на регулярной службе были только маги. Каждый солдат Империи обладал магическими способностями. Каждый из этих людей в свое время был выпускником Башни. Пусть с черным медальоном, но выпускником. Все они применяли магические заклинания. При этом чувствовалась в их действиях некая слаженность, которая достигается только в армии. Одни ставили магические щиты, другие выпускали заклинания. Строго те, которые должны были. Солдаты Эльзирской крепости в этот момент вызывали ощущение единого организма, где отдельные отряды являли собой части тела. И каждый отряд выполнял ровно то, для чего поставлен. Это было красиво, даже завораживающе.
– Энра, готовьте стену.
Девушка кивнула, выплетая в своем разуме более простую структуру, чем «ледяное дыхание». Комендант тем временем создал несколько магических вспышек разных цветов.
Солдаты, поливавшие заклинаниями псов, очень резко откатились назад и перегруппировались. После них на земле остались лежать только трупы волков, да те звери, которые из-за своих ран уже не способны были шевелиться. Раненых и убитых людей на недавнем поле боя не осталось. Темные не оставляют тела своих людей врагу.
Прикрывая их отступление, из земли начала вырастать ледяная стена, ощерившаяся в сторону зверья острыми шипами.
Снова несколько сигнальных вспышек. Солдаты, поднявшись по специально сделанным для них ледяным ступеням, заняли оборону на этой магической стене, словно это была стена крепости. Все понимали, что она долго не продержится, ведь стихия огня плавила лед, а волки были порождениями огненных духов. Тем не менее, того времени, что она простояла, оказалось достаточно.
Солдаты разделились. Часть копейщиков отдали свое оружие товарищам, достав мечи. В мирной жизни любой маг, даже носивший черный медальон, презирал искусство рабов и простолюдинов. Они морщились от одной мысли взять в руки тренировочный меч. Но жизнь не бывает такой простой, как кажется. Большинству «черных» выпускников в мирной жизни просто не находилось применения. Все ниши магических услуг, как правило, заняты. Многие магические семьи монополизировали тот или иной род деятельности в своем городе, так что продать свою силу было не так просто. И единственным местом, приветливо распахивавшим свои объятия таким выпускникам, зачастую выходцам из крестьян или даже трущобной нищеты городов, была армия. А армия не терпела предрассудков. Если ты слабый маг, значит усиль себя сталью. Продолжать морщиться при виде меча могли себе позволить только лекари или маги-менталисты, которые ценились на вес полноценного гарнизона каждый. И их было, увы, слишком мало на полях сражений. А во вторую — маги со званиями от мастера и выше. Большинство же солдат были не более, чем младшими подмастерьями. И индивидуальную силу им вынужденно приходилось заменять слаженностью коллективной работы и, как ни парадоксально, презираемым мастерством холодной стали.
Именно это сейчас и происходило. В момент, когда остатки потрепанной стаи стали взбираться на ледяную стену, медленно, но верно растапливая ее своими горящими телами, воины Империи взялись за холодное оружие. Зачарованное, но все же холодное оружие. Копейщики сталкивали тварей вниз, где их расстреливал другой отряд воздушными и водяными заклинаниями. Те же, что прорвались в ряды солдат, расставались с жизнями от мечей. Но и они уносили с собой кровавую жатву. Магических существ, не боящихся боли и смерти, обладающих властью над огнем, было не так просто убить. Они выдыхали жаркое пламя из пастей, вцеплялись клыками и когтями в броню, часто пробивая ее и оставляя в ранах яд огненной энергии.
Комендант не сражался. Его делом было командование, а делать это посреди боя очень сложно. Да и нельзя заниматься двумя вещами одновременно, особенно когда из-за малейшего твоего просчета ты можешь понести такие потери в составе, от которых уже нельзя будет оправиться. Ситуация, в которой командир вступает в бой, должна быть поистине критической. Но она таковой не была.
— Давай, полуорк, – посмотрел на Мугу комендант. – Сейчас самое время.
Полуорк ничего не ответил. Только взглянул на свою хозяйку и, дожавший едва заметного кивка, спрыгнул с немалой высоты прямо в одну из групп волков. Казавшаяся ранее простой и невзрачной глефа вспыхнула огненными рунами орочьего языка. От бывшего военного вождя орков повеяло неудержимой мощью. Даже Иллит взглянула удивленно на своего раба. Она знала его историю, но все равно сейчас не могла отвести от здоровяка завороженного взгляда.
Муга же, невзирая на свои габариты, очень легко приземлился и удобнее перехватив глефу. Сейчас, в этот момент, у него не было ощущения, что он сражался по приказу хозяев. Впервые он сам жаждал этого. Кровь кипела в жилах от такого забытого чувства. Жажда сражения. Жажда крови. Он по-звериному оскалился, демонстрируя миру свои клыки, после чего отдался этим чувствам с головой.
