Сегодня они снова возвращались. В десятый раз по новому календарю. Джастин всегда с нетерпением ждал их появления. Еще в раннем детстве, сбегая из своего Ковена, чтобы наблюдать, как первые черные точки в очередной раз появляются из-за горизонта, он представлял себе, что летит вместе с ними, свободный, готовый покорять неизведанное. Он поднимался над Городом, взлетал над несовершенством нового мира, словно вестник надежды. Он видел то, что не было видно больше никому, понимал нечто, недоступное остальным. Он мог просто раскинуть руки, как крылья, оставить позади все сомнения и страхи, и пусть за горизонтом Великая Пустота, но здесь и сейчас, прямо над полуразрушенным Городом Джастин принадлежал сам себе. Не своему Ковену, не обществу, а только самому себе.
Было приятно думать так. Джастин получал удовольствие, мечтая о жизни, которая никогда с ним не случится. Ему выпало родиться в Ковене Смирения, но вопреки учениям, которые там проповедовались, Джастин слишком много думал о себе, о своих возможностях и мечтах. Он никогда не мог заставить себя полностью смириться с положением вещей и отказаться от всех своих нужд во имя нужд окружающих. Нет, Джастин никогда не проходил мимо чужой беды, но, по большему счету, делал это не потому, что испытывал душевную боль от страданий других, а потому, что так нужно и правильно, так гласил закон его Ковена. Родители много раз с укором смотрели на сына, тихо напоминая о должном смирении и сочувствии, и Джастин понимал и уважал их веру. Но для себя почему-то всегда хотел большего. Он любил свою семью, служил Ковену, но полностью отречься от личных потребностей был не в силах. Да, это эгоизм, тот самый, с которым яростно боролся Ковен Смирения, и Джастин научился скрывать эту свою черту от окружающих, хотя в душе чувствовал себя неуверенно. Может, ему не место в Смирении? Все его сверстники давно знали, кто они. Все. Только не Джастин.
Его сестра-близнец, Молли, была именно такой, какой ее хотели видеть родители. Доброй, сострадающей, самоотверженной, тогда как сам Джастин едва ли тянул на просто послушного. Молли ни разу не сбегала из Ковена, не оставляла труд на благо ближнего, чтобы встретить прилет птиц. Она ни разу не забиралась на Чертово колесо, чтобы долго-долго смотреть вдаль и мечтать о неосуществимом. Молли не читала украдкой книги, всегда помогала родителям, думала и поступала в соответствии с учениями Ковена. Она была идеальным членом Смирения. А Джастин просто не хотел об этом думать.
Несколько недель назад им с Молли исполнилось восемнадцать, а значит, пришло время Ритуала Выбора. И самое ужасное состояло в том, что Джастин понятия не имел, кем собирается стать для общества. Город уже вовсю готовился к празднику, с голографических экранов раздавались призывы к грядущей инициации, но сам Джастин ужасно боялся момента, когда ему придется встать напротив представителей всех Ковенов и перед лицом Совета определить свое будущее. Гармония, Истина, Смирение, Интеллект или Отвага? Кто он?
Джастин моргнул и поднял голову, когда стая птиц, громко хлопая крыльями, пронеслась прямо над его головой. Широкая улыбка, совсем несвойственная членам Смирения, появилась на его губах в тот момент, когда последняя ворона исчезла за западной башней. Вот и новое начало. Добро пожаловать.
Джастин покрепче вцепился в перекладину, прежде чем взглянуть вниз. Земля была достаточно далеко, но Джастин не боялся. Высота всегда наполняла его силой. Покидать Чертово колесо не хотелось, но совсем скоро завтрак, а мать с отцом садятся за стол только тогда, когда все члены семьи в сборе.
Пора было возвращаться.
Осторожно ступая, Джастин начал спускаться, следя за тем, чтобы правильно ставить ноги, давая одинаковую нагрузку массой своего тела на почти до основания проржавевший металл лестницы. Все сохранившееся в Городе конструкции были до невозможности хрупки. Слишком много лет прошло со времени их постройки. Джастин знал, что на окраине жилого сектора Смирения, где в основном сейчас были болота, раньше, во времена Старого Мира, был парк на реке. Джастин смутно представлял себе, что такое парк, но в книгах читал, что это было весело и красиво. Огромное количество воды, много зеленых деревьев, яркая, изумрудная трава и запах солнца и свежести. Там люди отдыхали, проводили время и веселились. Ковен Смирения никогда не отдыхал. У них было слишком много забот, для того чтобы подумать о себе. Но Джастину хотелось бы побывать в таком парке. Почувствовать на своих щеках солнце, увидеть голубое небо. Джастин никогда не видел голубого неба. Над Городом оно было желтовато-серым, низким. И только во время редкой грозы можно было почувствовать в воздухе аромат свежести. Все остальное время затхлый запах сырости чередовался с запахом простого мыла и вонью нечистот на окраине сектора Отверженных.
