— Его, правда, одна не в меру ревнивая дама заказала, все супруга на лжи хотела поймать, — смутился старичок. — Артефакт тайно речи записывал и воспроизводил потом по указке. Какими только глупостями по молодости не занимался… Но и в вашем случае может сработать.
Заклинание я несколько раз повторила про себя, его же и выписала на подопытную бумажку, подложив ту под пластину. Памятуя о силе Света изначального, взяла магии совсем чуть-чуть, пару искорок. Произнесла заклинание и влила искристую силу в дерево. Ну, была не была.
И… не была. Точнее, чернила-то выплеснулись и даже сложились в буквы. В хаотичном порядке разбросанные по всему листу. Ни одного осмысленного слова! Ну что ж, начало хотя бы положено. В следующий раз попробую другие заклинания, зря, что-ли, над Праязыком корпим.
Чем ближе к вечеру, тем больше меня одолевали сомнения. Четверг, индивидуальные занятия по боевой. Да, я уже согласилась с тем, что пропускать их нельзя, тем более, его светлость жертвует своим временем ради них. Но сейчас меня гораздо больше занимали возможности Праязыка применимо к моей смелой задумке и… Хельме. Что мне толку развивать свою Тьму на тренировках, когда есть шанс получить еще немного Света, совмещая приятное с полезным?
Да, арн Шентия извинился, признал, что был не прав, но разве это гарантия того, что занятия с ним станут менее изматывающими? Снова отказать? Некрасиво… Ну признайся же себе — хочешь этой встречи. В плане новых знаний — весьма поучительной, полезной. А в другом смысле — бессмысленной, пустой, будто что-то может измениться.
— Ардин, ты чего такая задумчивая весь день?
Ох, Хельме. Почему так легко с тобой, и так тяжело с тем, кто никогда не станет целовать тебя в шутку, не станет смеяться с тобой вместе? Ужин уже подходил к концу, когда гибкий и жесткий листок с расписанием послал легкий импульс через одежду. Это случалось, когда менялось расписание, чтобы студенты своевременно реагировали на изменения. Но такое я видела впервые: в графе «Боевая магия, четверг, 20:00, малая тренировочная арена» высветились дополнительные «да/нет». Видимо, на этот раз арн Шентия не стал утруждать себя визитом в столовую, чтобы спросить лично.
Мои пальцы долго метались над квадратиками, прежде чем сделали окончательный выбор.
Дворец за пару недель до дня Содружества напоминал растревоженный улей. Со всех концов страны стекались продукты, дорогие ткани, новая мебель, подарки. И люди, люди, люди. Одних только поваров было нанято сверх обычного еще двадцать человек, а уж быстроногих слуг, расторопных горничных, разнорабочих и того не счесть. Каждый новый человек во дворце — личная головная боль для начальника дворцовой охраны. Проверяли всех тщательно, каждое рекомендательное письмо отправлялось на поверку. После недавних заговоров шпион Ронарду мерещился в каждом, так что тот не жалел времени на то, чтобы лично заглянуть в глаза каждому новому нанятому.
Пусть приготовлениями занимались многочисленные церемониймейстеры и сама императрица Анневьев, супруга Нердеса, но Ронард лично просматривал все протоколы и задуманные мероприятия, оценивая возможные риски.
После того, как вскрылась сеть самаконских шпионов во дворце, скандал накануне празднества раздувать не стали. Ронард приберег этот козырь. За пару недель начали съезжаться дальние родственники семьи рес Данлавин, из тех, что не были особо угодны императору либо сами предпочитали жить подальше. И не у всех есть свои дома в столице, этих тоже надо разместить, обустроить. Хоть и свои, а за каждым все равно глаз да глаз.
Еще одним молоточком в голове был один заключенный в подземельях Фенгсель, где держали магических преступников. Договор был заключен, а Ронард слово свое всегда держал. Он и так затягивал как мог бумажную работу по этому делу, но сейчас закон был на стороне заключенного — условия договора выполнены и удерживать чудовище в застенках он больше не имел права. О, даже на свободе за ним будут следить так, как ни за кем другим. Да, он теперь ограничен в передвижениях исключительно столицей, но как же это не вовремя… Пусть бывший мэтр Воракис больше никогда не сунется в Ровельхейм, но теперь Ровельхейм едет сюда…
— Рон, отдохни, а? Вот начнут главные гости приезжать, тогда все твои силы понадобятся. Ты своих парней и так вымуштровал — муха не пролетит.
Но не объяснять же Нердесу, что младший брат так упорствует в своей работе вовсе не потому, что сомневается в собственных службах. Ронард заполнял каждую минуту своего времени, чтобы не возвращаться мыслями к Академии. Когда мысли начали приставать во сне — перестал спать, по новой зарываясь с головой в отчеты.
За саму Академию он не переживал, Никас достойно занял ректорское кресло. По-хорошему, и ее единственному слабому звену — последнему потомку — в стенах Ровельхейм ничего не угрожало. Тогда он стал надумывать себе другие причины, что оправдали бы желание присматривать за особенной студенткой. Она ведь не безвылазно там сидит, в соседний Ровель тоже ездит.
