Длительность его и масштабы были невелики. Лишь в 1900 г. была основана Российская Духовная Миссия в Сеуле. За все время ее деятельности несколько сотен корейцев приняли крещение. Количество постоянных прихожан было еще меньше. Однако здесь мы имеем дело со своего рода феноменом. Если довольно значительное по размаху политическое влияние, так же как и экономическая деятельность дореволюционной России, практически не оставили никаких следов, православная церковь в Корее продолжала существовать. Сначала, до 1931 г., деятельностью ее руководила Российская Духовная Миссия, державшаяся во многом на личном энтузиазме и героизме последнего ее руководителя, отца Феодосия. Затем примерно сорок лет, до начала 1970-х гг., русская православная церковь продолжила свою деятельность во многом самостоятельно, не имея никаких отношений с православной церковью в России, часто поддерживаемая исключительно силами корейских верующих. И хотя формально с 1956 г. православная церковь в Корее стала подчиняться руководству греческой православной церкви[259], на самом деле вплоть до 1975 г., времени приезда в Сеул греческого священника, о. Сотириоса, все православные ритуалы проводились с использованием русских икон, одеяний и посуды, богослужебных книг.
Причины такого поистине удивительного явления еще предстоит объяснить. К настоящему времени нам пока что довольно сложно выдвинуть даже предварительные предположения относительно того, что же помогло православной (русской православной) церкви в Корее выжить в непростых условиях японской колонизации, а затем и в еще более сложной ситуации, когда страна-первоисточник религии, Россия, стала враждебным для Южной Кореи государством, в особенности после Корейской войны. Тем не менее, учитывая то, что история русской православной церкви в Корее не столь хорошо известна в нашей стране, нам представляется весьма полезным изложить ее, хотя бы вкратце, в настоящей статье.
В последнее время история Российской Духовной Миссии в Корее стала все больше привлекать внимание, как ученых, так и широкой общественности, что совершенно естественно в связи с изменением отношения к религии в нашей стране, а также установлением дипломатических отношений с Республикой Корея. Так, в 1993 г. в журнале «Серп и молот» вышла статья под названием «Русская православная церковь в Корее»[260].
Еще в декабре 1991 г. наш соотечественник, проживающий в США, защитил в Сеульском университете «Енсе» диссертацию по теме «Опыт Русской Православной Церкви среди корейцев», в которой отдельная глава посвящена истории Российской Духовной Миссии[261], но лишь до 1914 г. В ней представлен полнейший список работ, вышедших в дореволюционной России, в которых затрагивается история Миссии в Сеуле. Однако, на наш взгляд, книгой, где история Российской Духовной Миссии отражена наиболее полно, является сочинение последнего ее руководителя, присланного из России, – архимандрита Феодосия (в миру – Федора Ивановича Перевалова) «Российская Духовная Миссия в Корее. За первое 25-летие ее существования (1900–1925)», опубликованное в Харбине в 1926 г. Свидетельством этого, в частности, является и то, что немногочисленные южнокорейские издания, посвященные истории Миссии, практически полностью следуют содержанию указанной книги[262]. Очевидно, что в ближайшее время ситуация эта вряд ли изменится, о причинах чего будет сказано особо.
Итак, православие пришло в Корею вместе с основанием в Сеуле Российской Духовной Миссии. О необходимости этого русские дипломаты, работавшие в Корее, стали писать уже через пять лет после установления отношений между Россией и Кореей. Объяснялось это не только необходимостью религиозного просвещения корейцев, которые тогда, с точки зрения христиан, считались «язычниками», но также и потребностью удовлетворения своих религиозных нужд постоянно проживавшими в Корее гражданами России, которых только в Сеуле к 1897 г. насчитывалось около 150 человек[263]. Ко всему прочему, позиции России в Корее в 1890-е гг., в принципе, укреплялись и даже имела место особая благосклонность к России со стороны корейского короля (а с 1897 года – «императора») Кочжона.
Таким образом, в 1897 г. Государь Император Николай II дает разрешение на открытие православной Миссии, а 2–4 июля 1897 г.[264] Святейший Синод издает указ за № 2195 аналогичного содержания. Одновременно был утвержден штат Миссии в составе трех человек: архимандрит, иеродьякон, псаломщик, который сохранялся практически на всем протяжении ее существования. До 1918 г. обязанности эти исполняли российские граждане, а затем частично корейцы.