То же самое происходит и с художественным образом «окончательного ухода магов» из этого материального мира. В одном случае Кастанеде вообще не известны обстоятельства, при которых партия магов дона Хуана покидает его навсегда, в другом эпизоде — описана трогательная картина прощания с индейскими учителями. Это, естественно, происходило не в городе, а где-то далеко за городом в природных условиях. Цитата: «Мы пересекли сочную зелёную долину и взобрались на гору с востока. В конце дня мы наконец сделали привал на вершине плоского, загромождённого камнями утёса, нависшего над долиной с юга…» В конце концов «дон Хуан и дон Хенаро ступили в сторону и, казалось, слились с темнотой», а Кастанеда вместе с Паблито, взявшись за руки, потом прыгнули в пропасть — описано только это и только так (К. Кастанеда, из кн. 4, ч. 3, гл. 4, с. 285, 298).
В начале пятой книги по этому же поводу следует такое уточнение:
«Местом моей последней встречи с доном Хуаном, доном Хенаро… стала плоская безжизненная вершина горы на западных склонах Сьерра-Мадре в Центральной Мексике» («Предисловие», с. 301).
А в третьем варианте («ухода» индейских учителей), в конце шестой книги — писатель сообщает, что его прощание со всеми воинами партии магов дона Хуана происходило всё же не за городом, а в доме мага Сильвио Мануэля — воины покидали этот мир через «расщелину», созданную совместным «намерением» магов и проявившуюся в одной из комнат (цитата: «Они прошли мимо меня и находились в полной видимости ещё одну — две секунды — достаточно долго для того, чтобы сказать “прощай”, а затем исчезли во тьме таинственной расщелины, появившейся в комнате» — гл. 15, с. 253. В комнате, а не в горах!). После чего писатель, вообще, явно «расписался» и дал волю своему творческому воображению — воины всё же заставили Кастанеду прыгнуть пропасть (после того, как исчезли в «расщелине» в комнате?) и тот каким-то невероятным, путанным образом, но при этом отчётливо (одновременно?), уже «увидел» цепь летающих огней (энергосфер магов), выстроенных в определённом порядке для прощания с Землёй, и сравнивает эту форму с древним толтекским пернатым змеем Кецалькоатлом. Причём Карлос даже «видел», как дон Хуан в виде некой светящейся сферы «возглавлял» отряд летящих магов (гл. 15, с. 253–254).
Образ с течением времени «художественно» воссоздаётся, дополняется, придумывается! Это вымысел.
В конце седьмой книги сцена прощания с учителями К. К. «смазывается», не даётся, но следует подтверждение, что прощание происходило на вершине горы.
А в девятой же книге выяснятся, что самая последняя встреча Кастанеды с учителем произошла исключительно в связи с «Арендатором» — магом древности, и произошла опять-таки в городе…
Дон Хуан: «Моё время на этой земле закончилось…
Затем дон Хуан назначил мне последнюю встречу, для того, чтобы, как он сказал, устроить мне магические проводы: заключительный пункт в моей практике сновидения. Он сказал, что мы встретимся с ним в небольшом городке в Южной Мексике, где жил он и члены его партии магов.
Я прибыл туда после полудня…» (К. Кастанеда, из кн. 9, гл. 11, с. 251, 252.)
Очевидно просматривается и приём «художественного монтажа», который творчески использует практически каждый писатель. Приём заключается в том, что некое выдуманное, схожее с действительным событие или фрагменты, происшедшие на самом деле, изымаются из некоторого контекста, из последовательности каких-либо «реальных» событий и «вкладываются» (монтируются) в калейдоскоп (сочетание) событий, составляющих уже иную временну/ю, нужную автору, сюжетную линию, которую он сам же лично искусственно и «выстраивает»… Приём этот исключительно художественный и к жанру «документалистики» никакого отношения не имеет. Продемонстрируем этот «монтаж»…
В начале шестой книги, в гл. 3 (с. 46) Кастанеда делится своими переживаниями в ходе собственной практики “сновидения”, с которой он экспериментирует в период своей учёбы в университете в г. Лос-Анджелесе ещё при «живом» учителе доне Хуане (то, что это именно тот период, дополнительно подтверждается в кн. 9 К. К. и кн. «Магическое путешествие с Карлосом» Маргарет Раньян Кастанеды — жены писателя).
А речь идёт о «выходе» тела сновидений (из физического тела) и о посещении (в теле сновидений) какого-либо «реального», конкретного «физического» места — такое задание своему ученику дал дон Хуан. Кастанеда выбрал для этого хорошо знакомое ему городское кафе. Посещая же это кафе в осознанном сне, Кастанеда рассматривал в нём официантку и посетителей, завсегдатаев, один из которых однажды опознал фантом мага. А далее Кастанеда пишет… «Несколько дней спустя рано утром я в бодрствующем состоянии в том же кафе встретил этого человека. Он бросил на меня взгляд и, по-видимому, узнав меня, сильно испугался и стремглав убежал, не дав мне возможности заговорить с ним».
