Наконец, церковь была наказана отнюдь не за догматические ереси, а за неверную нравственную позицию (БМ), которую она предлагала русскому обществу. Церковь с грехом мамонизма не только не боролась, но и не видела в нем греха. Мол, есть богатые и есть бедные; богатые должны благотворить, а бедные – благодарить. Вот такая идиллия, на словах, конечно. А на деле падшесть человеческая вела богатых к еще большему обогащению, а бедных – к дальнейшему обнищанию, а весь капиталистический строй делал это неравенство узаконенной реальностью. И все это освящалось церковью. На словах церковь признавала «общепринятую» доктрину (но Боже упаси – златоустовскую). На деле же стремилось к скорейшей победе капитализма. Хорошо известен эпизод, когда сразу же после отречения Николая II, церковь присягнула буржуазному Временному правительству и выпустила «Послание Святейшего синода», в котором предлагала всем православным «довериться» новой власти. Если говорить кратко, то тогда церковь встала за богатых, когда Христос всегда был за бедных.
Революционерам же Господь даровал победу. Ибо видел, что они предлагают единственно верный подход борьбы с мамонизмом – слом мамонического строя и строительство нового общества, ставящего преграду этому злу. И это несмотря на то, что большевики были атеистами в принципе. Ибо в результате нравственные основы советского строя оказались ближе ко Христу, чем лукавая нравственность освященного церковью капитализма. Вот так случилось, что реальная попытка вырвать человека из лап мамоны оказалась у Бога выше, чем формальное почитание Бога без любви к большинству людей (т. е. бедных). Впрочем, выше на время (об этом мы еще скажем).
Большевики интуитивно понимали, что социализм – строй очень высокий. Причем, понимание пришло сразу после неудачи прямого введения коммунизма в 1918–1919 гг. на предприятиях. Оказалось, что люди совершенно не готовы, что падшесть человеческая никуда не делась, несмотря на изменение социальных отношений. Поняли большевики и другое – что только религиозный социализм устойчив, поскольку не скользит по поверхности, а внедряется глубоко в сердца и души. Поэтому они идеологии АО стали придавать свойства квазирелигии. Мы, люди из СССР, хорошо знаем, как придавалась сакральность сочинениям Маркса и Энгельса, новым революционным «святым», парадам, съездам, похоронам, силясь заменить христианские обычаи.
Может быть поэтому, а может потому, что советская идеология, хоть в своеобразном преломлении, но отражала вечные евангельские ценности (и это несмотря на ее атеизм), она работала: люди верили в ее правду и вершили славные дела, причем не только в материальной области, но и в душевно-ментальной – советское искусство породило замечательную плеяду артистов, писателей, художников. Но самая великая победа советской идеологии свершилась в Великую отечественную войну, и об этом надо сказать подробнее.
Подвиг советского народа в ВОВ – исключительное явление в мировой истории. Никогда ранее в масштабе сотен миллионов люди не проявляли такого единения, такой решимости победить, такого массового героизма. Тут любые слова восхищения и благодарности кажутся недостаточными. Но за счет чего этот величайший сверхподвиг был совершен? За счет единения народа на основе социалистической идеологии. Наши люди воевали не просто за Россию, но за Советскую Россию. Ведь лозунг, с которым умирали наши солдаты – «За Родину! За Сталина» – и означал, что народ воюет за Родину и за Советский строй, который олицетворялся в лице Сталина. На боле высокую ступень, чем Победа в 1945 русский дух уже не поднимался. Быстрое восстановление страны и создание ядерного щита, казалось бы, открывали перед СССР замечательные перспективы. Но получилось иначе…
Умер (убит) великий Сталин, власть захватывает Хрущев, и с этого момента страна начинает понемножку съезжать под откос. Идеология, которая еще десять лет назад вела людей на смертный бой, начинает тускнеть. В чем причина этого?
Можно приводить массу исторических, политических и прочих мирских причин, но главная причина лежит в конце концов в отрыве идеологии от Бога. Коренным недостатком марксистской идеологии с момента ее рождения являлась ее атеистичность, отрицание Бога как высшей силы, которая благословляет человека на правду. Правда – у Бога; человек, как образ и подобие Божие, светит лишь отраженной правдой. Поэтому и идеология, если она создана человеком, может включать в себя только частичную правду. Такая частичная, ограниченная правда была и в марксистской идеологии, но удержать эту правду от опошления можно только опираясь на Бога.