Аристарх почувствовал у себя на груди чужую руку. Легкое прикосновение будило в нем отвращение. Открыв глаза он увидел ее лицо, такое нежное, открытое, совсем не усталое. Заглядывал в зеленый цвет и не мог поверить, что эта симпатичная девушка способна на такое. Не хотел признавать черствые факты. Лучше уж прямо сейчас достанет нож и перережет ему горло. Пусть ему запомнится этот милый взгляд наполненный любовью. Не хотелось ничего больше менять. Она была так близко, касалась его кожи, могла разгадать его мысли. Детектив почти поймался в ее паутину. Нахмурил брови, сжал хрупкое запястье и отбросил руку в сторону. Резко поднялся и сел на край кровати. Теперь он повернулся к ней спиной и свесил голову. Аристарх слышал прерывистые движения, когда делала паузу, чтобы подумать стоит ли продолжать. Ловил приближающееся к нему чужое дыхание и обжигающий взгляд. Его съедали зарождающиеся чувства, которым нельзя было подчинятся. Он сжал кулаки и сцепил зубы, чтобы не заныть, чтобы не бросится к ней и забыться в ее объятиях. Ему хотелось остановить время, проиграть кассету назад и оказаться в той вселенной, где смог бы поверить этой лживой женщине и остаться с ней. Все что угодно, только не правда. Запустил пальцы в волосы и сильно потянул. Было больно как в прошлый раз, как пару часов назад, как в тот первый раз, когда возненавидел свою работу и себя самого. Открыл рот издавая крик, но в комнате была тишина. В ушах начало звенеть. Надо было либо выбежать с этой душной комнаты, либо продолжать играть по правилам чужой игры. Вытер капающую на пол слюну, пригладил волосы и повернулся. Анна лежала на боку, закрыв глаза. Он то думал, что она все это время наблюдает за ним. Девушка молчала, а немного нагнувшись вперед детектив заметил две блестящие струи, что катились по ее щекам.
– Могу я закурить?
– Да. Только открой окно.
Не открывая глаз, сухие губы шевелились, как будто не принадлежали ей. Аристарх подошел к окну, открыл, достал сигарету и закурил. На улице уже светало, холодный ветер приятно ласкал лицо. Рассматривая деревья сквозь густой туман, он ощутил себя одиноким. Кругом тишина, спокойствие, а внутри все бушует и кипит. Он делал глубокие затяжки и длинные выдохи. Потер рукой подбородок, поправил футболку, быстро заморгал отгоняя усталость с глаз. Выбрасывая сигарету в окно, почувствовал на себе тоскливый взгляд. Содрогнулся. Почему так хочется вернутся к ней в постель? Напустил воды с под крана и напился. Вкус во рту не хотел меняться и он был уверен, что выйдя отсюда снова вырвет вместимость желудка на обочину тротуара. Какая гадкая привычка организма или он болен? Спросить ли ее об этом? И сразу вспомнил серые большие глаза, синие губы, детский смех. Детектив засунул руки в карманы, повернулся и ихние взгляды встретились. Ему показалось, что она испытывает тоже самое.
– Я знаком с одним парнем, ему пять лет и мне очень интересно чем он болен. Я постараюсь описать то, что видел. – растирал ладонями щеки. – У него синие губы и всегда бледный цвет кожи, еще он тяжело дышит, стоит ему немного пройтись быстрее и сразу задыхается. И он странно себя ведет… ну… не так как все дети.
– К сожалению это очень скудная информация, мне не удастся так вот поставить диагноз. Возможно ты сможешь показать мне его?
– Н-е-е-т, не думаю, что… – И тут он решил спросить без каких то уловок. Больно уж съедал интерес. Скорее сможет ли помочь мальчику. Вдруг подумал, что делает Артем, остался ли снова один в квартире? – Он живет на той же улице, что и та девушка с инсулином.
– Наташа? – Сразу оживилась.
– Да.
– Хм… – Провела руками по волосам, замыкая ключом на затылке. Закусила губу. – Как же его зовут?
– Артем.
– Тема? – Брови приподнялись вверх. – Откуда ты его знаешь?
– Я веду дело об убийстве его матери. – Красные глаза сузились, но на лице женщины никаких изменений, только тот же печально тоскующий вид. – Проводил опрос, приходил домой, вот так и познакомились.
– И ты, что до сих пор видишься с ним?
– Угу.
– Но зачем?
Действительно – зачем? Аристарх скрестил руки на груди и опустил голову. Какой жестокий вопрос. Для чего покупает ему еду, почему уговаривал отдать игрушку, для чего постоянно думает о нем? Вместо этого перенесся мыслями к парню и улыбнулся. Рядом с ним детектив чувствовал себя счастливым. Покупая ребенку сладости, как будто это делал себе, и было так приятно. А главное исчезало одиночество. Но какое дело ей до этого всего? Уж точно не станет признаваться в настоящих эмоциях.
– Это неважно. – Решил избежать глупости и получить то, что хотел. – Ты лучше скажи, чем болен Артем? Ты же знаешь?
